Между тем официантки подали горячее. Мы ели, поднимали тосты за «красоту дам рода Михаил», за мою вчерашнюю победу, за свадьбу дяди Гены и мамы (до этого были просто поздравления),  за хозяев, гостей… за Осевого короля, в конце концов. Натурально, сие мероприятие походило на весьма культурные посиделки (все-таки, чтобы напиться Аристократу, владеющему праной и помнящему о манерах, нужно… Да бес его знает, что нужно сделать. Как правило, Аристократы не напиваются, если у них все в порядке с головой).

Блюда менялись, тосты произносились, а Ханиэль так и не поднимала глаза (хотя  поднимала вилку и фужер). Эдакая покорная девушка, которая ни за что не доставит проблем тому, кто возьмет ее замуж. Разумеется, такому поведению на сватовстве (которое, вообще-то, еще и смотрины) девушек учат.

И вот, наконец, спустя часа полтора после того, как мы прибыли во дворец Михаила, хозяин банкета поднял фужер и произнес:

- Дорогие гости, дорогие домочадцы, в этот прекрасный вечер я хотел бы обратить ваше внимание на одну из своих дочерей – Ханиэль. Казалось бы, совсем недавно она только училась ходить, а сегодня перед нами настоящая красавица. Глядя на нее, я немного завидую ее будущему мужу. Ведь Ханиэль обладает всеми необходимыми качествами, чтобы стать идеальной женой. Я считаю, что она вполне может стать достойной супругой даже главе клана. Быть ему вечной опорой, поддержкой и матерью его детей. Ханиэль уже в том возрасте, когда в любой момент может появиться тот, кто попросит ее руки. И если этот кто-то будет достоин, я с честью дам свое отцовское согласие. За Ханиэль! – взмахнул фужером Рахмиэль. Мы поддержали тост и дружно выпили.

Следующий ход в этой Аристократической игре, конечно же, принадлежит нам. По идее, сейчас должен взять слово глава семьи жениха (как правило, это его отец), однако в моем случае все чуточку сложнее.

- Господин Михаил, - подняла фужер мама, - как родитель, я прекрасно понимаю вас и вашу гордость за своего ребенка. Ведь и мой сын не так давно достиг брачного возраста и теперь готов взять на себя ответственность за комфортную жизнь своих будущих жен. Я верю, что из Ильи получится прекрасный муж, жены которого никогда не будут ни в чем нуждаться. Всегда будут обласканы своим супругом, всегда будут чувствовать силу и мощь его рода, всегда будут чувствовать себя в безопасности. Я ни капли не сомневаюсь, что мой сын – глава Свободного Рода Ильяриз, сможет дать все это своим женам. И, возможно, дать чуть больше своей первой жене. С вашего позволения, - чуть поклонилась она хозяину банкета и отчетливо произнесла. - За Илью!

В обычной ситуации речь родителя потенциального жениха была бы чуть длиннее, и она бы не походила на презентационный тост, как речь отца потенциальной невесты. Она закончилась бы конкретным вопросом. Вот только в моем случае это невозможно. Нам нужно было в первую очередь показать мою связь с Осевой Аристократкой Инниарлой Крокомот и ее супругом. А во вторую презентовать меня. С этим мы справились. Самое же главное мне (так как надо мной нет никого, и я являюсь главой рода) придется делать самому.

И все это понимают. Едва фужеры опустели, члены семьи Рахмиэля (кроме, конечно же, Ханиэль) начали с любопытством поглядывать в мою сторону. Ну что ж, не будем заставлять других ждать.

- Господин Михаил, - обратился я к главе рода. Фужер не поднимал, а просто встал из-за стола сам.

- Слушаю вас, Господин Ильяриз, - он тоже оторвался от кресла, признавая во мне равного (по крайней мере, на этот момент). Остальные не участвовали в нашем разговоре, потому и остались сидеть.

- Хочу согласиться с вашими словами, - продолжил я, - пусть я и не знал Госпожу Ханиэль в детстве, но сейчас вижу перед собой красавицу. И, как и вы, совершенно уверен, что она станет достойной опорой своему мужу. Я считаю, что ей должно стать первой женой какого-нибудь выдающегося Осевого Аристократа.