— Да нет, не знаю.

— У меня Эмма. Ей только шесть лет, скоро семь. Ходит в детский сад.

— Ты что, думаешь, ребенок не может вырасти во Франции?

— Может, конечно, но у нее ведь еще отец…

— Но разве она не с тобой живет?

— Со мной, — ответила Эва со вздохом.

— Вечно ты все усложняешь, — сказала Майя. — И всегда этим отличалась. Ясное дело: ты вполне можешь поехать со мной во Францию, если захочешь. Я даже придумала для тебя работу в гостинице. Работать по пять минут, но каждую ночь: прогуливаться по коридору в белой ночной рубашке с подсвечником на пять свечей. Мне хочется завести собственное привидение. А в остальное время можешь писать свои картины.

Эва допила кофе. Она ненадолго забыла о своих проблемах, а сейчас снова вспомнила и загрустила.

— А где ты будешь ужинать сегодня?

— Я никогда не ужинаю. Ем сыр и хлеб; вообще мало думаю о еде.

— Кошмар. Понятно теперь, почему ты такая тощая. Как ты можешь нарисовать что-нибудь путное, если не питаешься нормально? Тебе надо есть мясо! Сегодня мы ужинаем вдвоем. Пойдем в «Кухню Ханны».

— Но это же самый дорогой ресторан в городе!

— Неужели? Меня это не волнует, я знаю только, что у них самая вкусная в городе еда.

— К тому же я съела пирожные и наелась.

— Ничего, до ужина успеешь проголодаться.

Эва не стала протестовать и предпочла подчиниться. Все было так, как раньше. Майя была полна идей. Майя принимала решения и шла впереди, а Эва ковыляла за ней.

***

Они под руку вышли из «Глассмагасинет», прошли по брусчатке рыночной площади, ощущая тепло друг друга. Все было, как раньше. Эва много раз проходила мимо «Ханны», но даже не думала о том, чтобы зайти туда. Сейчас же двери распахнулись перед ними, Майя впорхнула в ресторан с довольной улыбкой, а Эва попыталась придать своему лицу соответствующее выражение — уверенности в себе. Метрдотель вежливо улыбнулся Майе. Даже если он и знал, благодаря чему Майя оплачивает счета, он хорошо это скрывал, и улыбка его не выражала ровным счетом ничего. Он осторожно дотронулся до руки постоянной посетительницы и проводил подруг к свободному столику. Эве пришлось сдать плащ в гардероб. Под плащом была линялая майка, и она чувствовала себя не слишком уютно.

— Роберт, как обычно, — сказала Майя. — Два раза.

Он кивнул и исчез.

Эва опустилась на стул и с любопытством огляделась вокруг. В ресторане царила особая тишина, присущая очень дорогим заведениям. Раньше она никогда такого не видела. Майя сидела спокойно — чувствовалось, что она давно перестала обращать внимание на подобные вещи.

— Слушай, а расскажи мне, как это, — с любопытством попросила Эва, — работать так, как ты.

Майя склонила голову набок.

— Ага, значит, тебе любопытно. А то я не знала! Все люди одинаковые.

Эва сделала обиженное лицо.

— Ничего особенного, — ответила Майя. — Обычная рутинная работа. — Она уставилась на скатерть и продолжала взволнованно: — Я не устаю удивляться мужикам. Как трудно бывает их удовлетворить и как быстро они кончают. Наверное, им кажется, что это самый лучший секс, — заметила она задумчиво, — яростный, грубый, без всяких там прелюдий и прочих церемоний. И никаких возражений. Всего десять минут, и все. Даже подумать не успевают. Да и я тоже делаю все, чтобы не думать. Только мило улыбаюсь, когда они платят. Но на самом деле…

— Что?

— Пора завязывать.