Эва доела бутерброд, запила колой и откинула волосы с лица.

— А вы беседуете о чем-нибудь?

— Да так, можем перекинуться парой слов. Одни и те же фразы каждый раз; все они хотят услышать одно и то же. Мужчины не слишком требовательны, Эва. Ты и сама скоро это поймешь.

Она отодвинула бутылку в сторону.

— Сейчас без десяти семь, первый клиент придет в восемь. Он уже бывал у меня раньше. Честно говоря, не самый приятный тип, но он быстро кончает. Я займусь с ним сама и скажу, что нас теперь двое и что мы будем делить клиентов. И что у нас одни и те же условия.

— На самом деле мне больше всего хотелось бы спрятаться в шкаф и посмотреть, как это у вас происходит, — вздохнула Эва. — Посмотреть, как ты это делаешь. Самое трудное будет придумать, что сказать.

— В шкафу будет тесно. В дверную щелочку видно гораздо лучше.

— Что ты сказала?

— Ну, в ногах кровати ты стоять не сможешь. Но можешь подсматривать из другой комнаты. Мы выключим свет и слегка прикроем дверь, а ты будешь сидеть в той комнате и смотреть. И у тебя уже будет какое-то представление. Ты ведь меня знаешь, я никогда не была особо стеснительной.

— Боже, мне надо выпить, я вся трясусь.

Майя сделала пистолет из двух пальцев и нацелила его прямо в лоб подруги.

— И речи быть не может! На работе пить запрещено. Потом мы пойдем к «Ханне» и поужинаем. И могу тебе обещать одно: стоит тебе начать зарабатывать деньги, у тебя появится настоящий вкус к ним. Когда мне чего-то хочется, я просто запускаю руку в плошку и выуживаю пачку купюр. У меня деньги везде — в ящиках и шкафах, в ванной, на кухне, я запихиваю их в носки сапог и туфель, я даже сама с трудом припоминаю, куда я их рассовала.

— Ты же не хочешь сказать, что два миллиона у тебя просто разбросаны по квартире? — Эва побледнела.

— Да нет, конечно, тут только деньги на мелкие расходы. Основную сумму я спрятала на даче.

— На даче?

— На папиной даче. Он умер четыре года назад, так что это теперь моя дача. Ты там была однажды, помнишь, когда мы с девчонками туда ездили? На Хардангервидде?

— Твой отец умер?

— Да, уже давно. Сама можешь догадаться, от чего он коньки отбросил.

Из вежливости Эва предпочла не отвечать.

— А что, если дачу обворуют?

— Деньги хорошо спрятаны. Никому и в голову не придет там искать. И потом, купюры — они ведь тоненькие, много места не занимают.

— Но деньги — это еще не все, — вдруг сказала Эва прагматично. — А если ты умрешь до того, как потратишь их?

— А может, ты умрешь до того, как начнешь жить? — ответила Майя вопросом на вопрос. — Но если я вот так внезапно помру, то назначаю тебя своей единственной наследницей. Оставлю деньги тебе.

— Ну, спасибо. Слушай, мне надо в душ, — призналась Эва. — Я вся вспотела от страха.

— Давай. А я пока достану твою одежду. Кстати, тебе говорили, что тебе очень идет черное?

— Спасибо.

— Это не комплимент. Я спросила, потому что ты всегда в черном!

— А-а-а, — протянула Эва, смутившись.