– Сомневаюсь, – широко улыбнулся Аморн.

Такуру зашевелила многочисленными лапами: человек на ее месте пожал бы плечами.

– Как скажете. Тогда вам следует узнать мое имя – Вифанг.

– Что-о?

Правитель вскочил. Вельдан еще стремительнее прыгнула вперед и обнажила меч. Существо не дрогнуло.

– Ну вот, я предупреждала, – угрюмо промолвила оборотень.

– Калевала заявила, что избавится от тебя! – вскипел от гнева Аморн. – Ваше слово хоть чего-нибудь стоит?

– Ошибка, – негромко поправила его такуру. – Вождь обещала избавить вас от опасности, и она это сделала. Когда я услышала, что вы не потребовали моей казни, хотя по всем законам имели на это право, достоинство рода повелело мне отдать спасенную жизнь для служения вашим интересам. Итак, если вам все еще нужен оборотень…

– Погоди, а как насчет верности Кергорну? – еле оправился от изумления правитель.

И снова такуру «пожала плечами».

– Кентавр использовал меня, да и всех нас, в течение многих лет. Сулил золотые горы, как и его супруга, однако достаточно было выполнить поручение – память словно отказывала этим обманщикам. Мы устали ждать, когда же оборотни войдут в Тайный Совет и наравне со всеми смогут приносить пользу миру. Но человек, изменивший это унизительное положение за день, – бывшая наемная убийца поклонилась, почтительно сложив лапы на груди, – заслуживает глубочайшей признательности моего народа. Поверьте, архимаг, больше у вас никогда не возникнет надобности в преданном телохранителе.

На сей раз в голосе такуру послышалась тонкая невеселая усмешка.

Пораженный Аморн безмолвствовал, не зная, что и сказать. Зато не растерялась Вельдан: общение с Тулак принесло-таки свои плоды. Чародейка ухмыльнулась во весь рот.

– Ну и ну, парни, заройте меня в собачье дерьмо!

32

ЖЕРТВА

Группа, возглавляемая Аморном, штурмовала крутой юго-восточный склон горы Чаикар. Извилистая стежка вела к Змеиному перевалу. Здесь, на скалистом уступе, всадники спешились, чтобы восстановить силы и дать передышку лошадям. В зимние месяцы это были довольно суровые места – холодные, пустые, открытые всем ветрам. Порывы мягкого, мокрого снега налетали крутящимися вихрями. Одежда и волосы путешественников тут же отяжелели, пропитавшись влагой; конские крупы заблестели от сырости. По сторонам головокружительно вздымались грозные откосы – громады, обремененные ношей кривых сосен, рыхлой породы и заболоченной почвы, готовые в любую минуту обрушиться дикой лавиной. Ветер свистел и стонал в тесном ущелье, куда ныряла петлистая тропа и где протекала мелкая речушка, берущая начало в горных верховьях.

Перевал означал поворотную точку на пути чародеев. Где-то там, за спиной остались бескрайние торфяники с их трясинами и склонами, поросшими вереском, магические барьеры и родной Гендиваль. Впереди же виднелась впадина реки, окаймленная скалистыми кряжами, где и случился роковой оползень, едва не оборвавший жизни Каза и Вельдан, а также до неузнаваемости изменивший судьбу Заваля. Далее всадникам встретится домик наемницы, а за ним будет спуск на тиарондское плато.

Каждый молчал, погрузившись в собственные безрадостные мысли. Чародеев главным образом удручало состояние Завесы. Тревожные донесения и без того не утешали, но увидев собственными глазами, как мерцают и гаснут силовые барьеры, участники Тайного Совета пришли в отчаяние. Чистое сияние выродилось в пятна грязноватой окраски; в воздухе так щелкало и потрескивало, что у людей свело зубы, да и головы разболелись от ужасного неблагозвучия.