Наплевав на усталые мускулы, злодей кинулся к пленницам и рывком поднял обеих на ноги.

– Живее! Нечего время терять! Пошли в туннель!

За мгновение до того, как он втащил их внутрь, белокурая девушка тоже заметила далеких всадников. Впервые со времени похищения надежда заставила ее сердце бешено заколотиться. Если б можно было сказать Аннас: «Твой папа идет!» Но нет, еще успеется. К чему ей излишние ожидания?

Лишь когда непроглядная тьма поглотила их целиком, Пресвел решился затеплить светильник, взятый ночью в заброшенном доме. Огромные тени тут же заплясали, извиваясь, на склизких стенах подземелья. Рохалла содрогнулась от ужаса, подумав о том, как ее товарищи едва уцелели в стремительном горном потопе. Тормон рассказывал, что наводнения нельзя предсказать, судя по погоде снаружи. Они зависят лишь от капризов самой скалы. Всякую минуту безудержный поток может сорваться вниз, пронестись по коридорам и утопить незваных гостей.

Страх придал девушке сил, о которых та и не подозревала. Забыв об утомлении, она подхватила Аннас на руки.

– Чего стоишь? Вперед! – прикрикнула Рохалла на оторопевшего мучителя.

Найти загадочный туннель Сколля оказалось не так-то просто. Лампа бросала обманчивые тени на грубо отесанный камень, и поначалу троица миновала дыру в потолке, продолжая идти до тех пор, пока впереди не забрезжил дневной свет. Девушка, у которой болело все – спина, руки, немеющие ноги, – едва не расплакалась и вдруг, припомнив уличное воспитание, разродилась такой выразительной тирадой, что даже Пресвел сообразил: она на грани, и снисходительно взял у красотки ребенка. Покорно развернувшись, все трое двинулись в обратный путь. Каждый миг Рохалле чудился рев бушующего потока, готового уничтожить ее и Аннас.

На этот раз девушка вовсю напрягала глаза, высматривая не столько отверстие, сколько ту крестообразную распорку, на которой, по словам Сколля, он удержался во время наводнения, когда волны вознесли его под самый потолок. Теперь, под новым углом зрения, распорка легче бросилась в глаза.

– Наконец-то, – выдохнул мужчина, опуская Аннас, и с громким хрустом распрямился.

Рохалла, нервы которой были напряжены до предела, не меньше его обрадовалась, обнаружив выход из этого кошмарного места. И тут она опомнилась. Горцы и Тормон идут на помощь. Но как они найдут беглеца? Никто ведь не знал, куда тот собирается! Что, если спасители проследуют дальше, в город? Логично, не правда ли? О небо!..

Похититель наклонился к девочке.

– Значит, так. Сейчас я подсажу тебя в тот коридор, ясно? Полезай и жди. Не вздумай убежать. Если заберусь и не увижу тебя, Рохалла умрет. И ты будешь виновата. Поняла?

Малышка побледнела, как будто встретила призрака. Вспомнила мать, догадалась вторая заложница. Девушке страстно захотелось придушить мерзавца.

«Да как ты смеешь напоминать ей об этом! Клянусь Мириалем, скорее бы Тормон и горцы выпотрошили твои кишки!»

Но в последнюю секунду рассудок все же взял верх. Как же подать знак? Мысль заработала с бешеной скоростью. Когда Пресвел запыхтел, поднимая дочку Тормона к отверстию, Рохалла молниеносно склонилась, оторвала от потрепанного подола длинный лоскут, скатала его и запрятала в кулак. Тут похититель обернулся к ней.

– Я полезу первым и втащу тебя следом.

Девушка заскрипела зубами. Знает ведь, что ей не убежать, пока маленькая Аннас в лапах этого зверя! Лишь после нескольких попыток злодею удалось вцепиться в железную балку, и вот он повис над полом, раскачиваясь и болтая ногами.

– Чего уставилась? Руку дай! – прохрипел он, побагровев от натуги.

«Эх, мне бы сейчас оружие», – подумала заложница, глядя на его незащищенный живот.