Вошел милиционер.

На вид лет сорок или около того. Рост немногим более ста семидесяти пяти. Черные с проседью волосы уложены назад. Видно, что человек тщательно причесывается, следит за своей внешностью. Лицо интеллигентное. Высокий лоб, небольшие залысины. Брови черные, широкие, густые — «домиком». Нос прямой, в профиль напоминает клюв хищной птицы. Уши большие, сломанные неоднократно. Не уши, а пельмени. Борец? Носогубная складка не выражена. Рот большой. Губы мясистые. Подбородок тяжелый. Шея накачанная. Плечи мощные, покатые. Точно борец. Руки большие, на кистях множество мелких шрамов. Ногти короткие, обломанные.

Впечатление от него было двояким. С одной стороны, было видно, что человек интеллигентный или старается им казаться. С другой стороны — обломанные или обгрызанные ногти.

Из других комнат раздавались крики — это мои коллеги кричали на опрашиваемых. Но они не действовали на моего собеседника. Он сидел спокойный и невозмутимый, как индеец. Криком его не возьмешь. Матерый мужик. А почему все еще рядовой милиционер?

Не люблю суеты, не люблю шума и моментальных решений. Здесь нужна кропотливая длительная работа. Убитого солдата жаль, может и этот демон, который сидит напротив, тоже причастен к его гибели.

А почему собственно «демон»? Спокоен и равнодушен. Я бы дергался, а у этого нервная система как у самурая.

— Как вас зовут? — начал я.

— А это имеет какое-то значение? — ответил вопросом на вопрос. Пытается меня «расшатать», вывести из равновесия?

— Надо же как-то общаться. Как вас называть?

— Иса. — Подумал и добавил: — Иса Гадуев. Автобиографию надо рассказывать?

— А есть что-то интересное? — Теперь я его вывожу из состояния душевного равновесия.

— Не знаю, — он пожал плечами. — Вы же можете взять личное дело, и там найдете, что я и в первую кампанию и во вторую воевал против вас.

Он смотрел спокойно, проверял мою реакцию на его слова.

Я справился с волнением.

— Ну и как — понравилось? — Я закурил, пытаясь скрыть свое волнение.

Ступников наверняка уже «потрошил» бы его. Не получится у меня — отдам Сашке.

— Как может понравиться война. В 1993 году я уехал в Россию, мы покупали угнанные машины. Когда ехали через Москву, там был этот штурм вашего Белого дома — Верховного совета. Там повоевал под руководством Хасбулатова. В здании много было чеченцев. Мы хорошо постреляли, но силы были неравны. Потом нас выпустили по системе канализации.

— Как выпустили? — не понял я.

— Очень просто. Договорились с милиционерами, которые штурмовали здание, ночью передали им деньги, рассказали, где стоят машины, отдали ключи от них, они нас и выпустили.

— Дальше!

— Приехал домой. Оказывается, кто-то посчитал, что меня убили в Москве, и разграбил мою квартиру в Аргуне. Родителей убили. Похоронили без меня. Семьи у меня не было. Я поклялся, что отыщу, кто это сделал.

— Нашел?

— Узнал, но не отомстил, — он вздохнул, очень искренне.

Это было первое проявление эмоций, ему было жалко, что не отомстил.

— Убили без тебя?

— Нет. Был такой полк, сформированный из бывших заключенных.

— Одним из командиров которого был Шейх, — подсказал я.

— Шейх, — подтвердил Иса.

— Неужели сам Шейх забирался в квартиры и убивал людей? Птица высокого полета, не мог же он так низко опуститься?

— Нет.