Они поднялись в апартаменты спонсора фестиваля. Мамсуров открыл дверь и сразу приветливо улыбнулся:

— Какая приятная неожиданность!

— Авраам Тембулатович, у меня к вам неотложное дело, — решительно сказала Лученко.

— Слушаю вас. Только сначала долг гостеприимства — чай, кофе?

—Нет времени. Срочный и важный разговор.

—Присаживайтесь, — указал на удобные кресла хозяин люкса. — Но хотя бы познакомьте меня с вашей красивой спутницей!

— Дарья Николаевна Сотникова, моя близкая подруга. Авраам Тембулатович Мамсуров, спонсор фестиваля… Ладно, хватит церемоний. Только что, приблизительно час назад, нас похитили и вывезли в лес.

—Что? Вы шутите? — Густые брови Мамсурова поднялись на высшую точку лба.

—Авраам Тембулатович! Не перебивайте меня, пожалуйста! Время не терпит. А мне нужно вам многое объяснить! Это очень важно!

—Хорошо, хорошо.

Мамсуров легко поднялся, открыл дверцу бара-холодильника, достал бутылку красного вина и три фужера. Извлек из-за какой-то дверцы большое блюдо с мандаринами, конфетами и орехами. Как гостеприимный хозяин, он не мог оставить своих посетительниц без угощения. Пододвинув вино женщинам, он сказал:

— Прошу!

—Я повторяю: нас похитили. Я знаю, кто это сделал и почему. И теперь требуется ваша помощь.

— Кто этот негодяй?! — воскликнул Мамсуров, демонстрируя восточную горячность, хотя проблемы этих двух женщин его мало трогали. — Что я могу сделать для вас?

—Защитить. Воспользоваться вашими связями. Организовал похищение некто Абдулов. Его еще называют бумажным королем. Вы с ним знакомы, Авраам Тембулатович?

—Черный Абдулла!.. — Подлинные чувства вырвались наружу, и брови «горного орла» поползли к началу вспотевшей лысины.

Вера чуть ли не физически ощутила, как под блестящей кожей его черепа бьются и пульсируют мысли-догадки, мысли-прикидки, мысли-комбинации. Она могла поспорить на свою годовую докторскую зарплату, впрочем, не очень большую, что он ищет возможность в первую очередь не поссориться с всемогущим Черным Абдуллой. А уж во вторую — сохранить лицо перед подругами его возлюбленной актрисы Завьяловой.

—Вы, дорогая Верочка, наверняка обознались. Я хорошо знаю господина Абдулова. Он никогда не стал бы…

Спонсор не успел закончить свою речь. В номер без стука вломились люди, и тот, о ком только что шла речь, встал на пороге. За его спиной толпились молодчики. Вера узнала тех, кто был в лесу и в машине.

Лученко смело встала перед Абдуловым. Он обогнул Веру, вошел в номер как к себе домой и сел на краешек стула. Мамсуров еще больше вспотел и невольно отодвинулся. Охранники бумажного короля неподвижно встали у двери, как бультерьеры, только не белого, как эти бойцовые собаки, а черного цвета.

Вера подвинула себе другой стул, села и, удерживая в поле зрения охранников, сказала Абдулову:

—Все-таки вы, бизнесмены, не умеете держать слово. Сказали «двое суток», а сами…

—Я ничего не обещал. — Удивительным было уже то, что Черный Абдулла с ней разговаривает, возражает. — Сказал: «Даю двое суток». Но не говорил, что буду сидеть на скамейке запасных.

—Так вы ведете собственное расследование, — утвердительно кивнула головой Лученко.

—У меня есть возможности.