— Он в ауте. Но через пару часов будет в норме, — сказала Эллиот.

А потом обратилась к Кэлу:

— Ты останешься с братом.

Она протянула ему оптический прибор.

— Следи за береговой линией… и особенно за бродом.

Девушка указала на море и непроницаемую темноту, туда, где находилась невидимая полоса берега, по которому они проходили, чтобы попасть к неразличимому отсюда броду.

— Если хоть что-нибудь увидишь, хоть какую-то мелочь, — расскажешь мне обязательно. Важно, чтобы ты был настороже… понял?

— А ты куда? — спросил Кэл, стараясь скрыть тревогу в голосе.

Он волновался и раньше, когда Эллиот с Дрейком собирались бросить его одного, а теперь, когда она потеряла Дрейка, его страх стал еще сильнее. Она что, намеревается удрать с Честером и оставить его и Уилла?

— Недалеко… на поиски еды, — сообщила она. — И за этим присмотри, — добавила Эллиот, сбрасывая рюкзак рядом с неподвижно лежащим Уиллом.

От одного этого все страхи Кэла сошли на нет — без вещей она далеко не уйдет. Он посмотрел, как Эллиот вытащила пару мешков из бокового кармана рюкзака и после этого ускользнула во тьму вместе с Честером.

— Как ты? — спросил Честер, шагая рядом с ней.

Уменьшив свет фонаря до минимума, он заслонял его рукой, как велела Эллиот, чтобы осталась только тоненькая полоска света. Самой Эллиот, как всегда, света вообще не требовалось, казалось, она обладает природным сверхъестественным чутьем.

Эллиот не ответила на вопрос, сохраняя тягостное молчание. Честер предположил, что она, должно быть, думает о Дрейке. Он понимал, насколько ее расстроила его смерть, и чувствовал, что должен ей что-то сказать, но ему очень трудно было заставить себя это сделать. Несмотря на то что он провел с ней немало времени в многочисленных вылазках, они разговаривали нечасто. Он понял, что на самом деле так и не узнал ее лучше с того дня, как Эллиот с Дрейком пленили его с Уиллом. Девушка держалась сама по себе, неуловимая, как легкий ночной ветерок — ты чувствуешь его прикосновение, но потрогать не можешь.

Честер предпринял еще одну попытку:

— Эллиот, с тобой… правда все в порядке?

— Обо мне не волнуйся, — последовал сухой ответ.

— Я просто хочу, чтобы ты знала: мы все так скорбим по Дрейку… мы всем… ему обязаны. — Честер помолчал несколько секунд. — Насколько там все было ужасно, когда Уиллу пришлось… э-э?..

Без всякого предупреждения девушка подскочила к нему и резко толкнула в грудь с выражением такой неистовой злости, что Честер ошарашенно умолк.

— Нечего со мной цацкаться! Мне не нужно ничье сочувствие!

— Я не…

— Просто оставь эту тему, понял?

— Слушай, ну я же волнуюсь за тебя, — сказал он с раздражением. — Мы все волнуемся.

Эллиот, отступив, вроде слегка смягчилась, а когда наконец заговорила, голос девушки звучал с хрипотцой:

— Я просто не могу смириться с его смертью. — Она шмыгнула носом. — Он часто говорил о том, что однажды такой день наступит для одного из нас или для обоих, и это просто очередной поворот колеса. Он говорил, что нужно быть готовым к этому, но не поддаваться ходу событий. И не оглядываться, и делать максимум возможного в этот, текущий, момент…

Девушка перекинула винтовку на спину, теребя ремешок.

— Я стараюсь так и делать, но до чего же это трудно…

Честер, глядя на нее, заметил, что лицо Эллиот в тусклом свете фонаря изменилось: исчезла жесткость и показалась очень испуганная и совсем растерянная девочка.