— Мы с тобой заодно, — тепло произнес он от всего сердца.

— Спасибо, — ответила она смягчившимся голосом, избегая смотреть ему в глаза. — Не надо нам ссориться.

Они вышли на берег бухты, и Честеру показалось, что на воду внезапно упала тень; разглядев ее поближе, он обнаружил, что свет тут ни при чем, «тень» появилась из-за темного и густого ила, собравшегося на мелководье.

— Здесь можно неплохо поживиться, — объявила Эллиот и протянула мешки Честеру. Она вошла в воду и, наклонившись, пошарила руками в воде, словно что-то искала.

Шагая то в одну сторону, то в другую, она продолжала поиски, двигаясь вдоль края воды, а потом вдруг с ликующим возгласом выпрямилась. В руках у нее билось какое-то животное. Полметра длиной, с серебристым тельцем в форме сплюснутого конуса и волнообразными плавниками по обеим сторонам снизу, которые яростно трепыхались, словно животное пыталось плыть по воздуху. На голове располагалась пара больших черных составных глаз, а с противоположной стороны виднелись два цепких отростка с выступающими шипами, которые оно выгибало, стараясь дотянуться до крепко державшей его руки. Эллиот, развернувшись, побежала на берег, и Честер, стараясь уступить ей дорогу, даже упал.

— Господи! — воскликнул он. — Что это?

Эллиот, размахнувшись, шмякнула животное об камень. То ли прибила, то ли просто оглушила — непонятно, но теперь оно почти не шевелилось.

Девушка перевернула его на спину, и Честер увидел, что два отростка еще сжимаются, а круглый рот обрамляют десятки блестящих белых иголок.

— Их называют «ночными крабами». Очень вкусные.

Честер сглотнул, словно от отвращения ему вдруг стало нехорошо.

— Бьюсь об заклад, это гигантский тарпон, — простонал он. Он все еще лежал там, где упал. Эллиот взглянула, где Честер бросил мешки, и, решив, что помощи от него не дождешься, пошла сама и сунула животное в один из них.

— Первое блюдо есть, — сказала она. — А теперь…

— Только не говори, что мы идем ловить еще одну такую тварь, — взмолился Честер срывающимся голосом, словно впадая в истерику.

— Нет, ничего подобного, — ответила она. — Ночные крабы довольно редко встречаются. Только молоденькие заплывают так близко в поисках пищи. Нам повезло.

— Да, чертовски, — проворчал Честер, вставая и отряхиваясь.

Эллиот уже снова стояла в воде, на этот раз шаря руками на илистом дне.

— А вот то, что искал краб, — сообщила она Честеру.

Эллиот подняла руки, которые были по локоть в грязи. Честер увидел на ее ладони две витых ракушки, каждая примерно три сантиметра длиной.

— Настоящий деликатес… моллюски. Сейчас посмотрю, есть ли еще.

Честер невольно содрогнулся от мысли, что она и вправду ожидает, что он съест хоть кого-то из этих созданий.

— Давай устрой себе пир, — сказал он.

На обратном пути Честеру показалось, что что-то все идет как-то не так. Ни шевеления, ни плеска волн, ни приветственного возгласа Кэла. Эллиот в ярости направилась прямо к мальчику. Тот, свесив голову на грудь, дремал рядом с братом, который тоже полностью отключился.

— Тут что, вообще никто меня не слушает? — спросила Эллиот Честера. Она побагровела от злости — слышно было только свистящее дыхание, вырывающееся сквозь зубы. — Разве я не ясно ему сказала, что нужно оставаться начеку?

— Ясно, — громко ответил Честер.

— Ш-ш-ш! — одернула она его и прошла чуть дальше по берегу, а потом, подняв винтовку, осмотрела горизонт.