Добравшись до ступенек, она заметила сидевшего на крыльце мужчину. Тот, явно заскучав, ковырялся в телефоне, подперев голову свободной рукой.

Хлои сбавила темп, а затем и вовсе остановилась. Она знала этого человека, но он никак не мог находиться здесь, не мог сидеть на крыльце ее дома.

«Этого не может быть...»

Она медленно шагнула вперед. Мужчина, наконец, заметил ее и поднял голову. Их глаза встретились, и Хлои ощутила, как сердце бешенно заколотилось.

На ступеньках сидел Эйден Файн, ее отец.

ГЛАВА 2

– Привет, Хлои.

Он старался звучать обыденно. Он хотел, чтобы все выглядело так, словно нет ничего необычного в том, что он вдруг появился на крыльце ее дома. Мол, не стоит принимать во внимание тот факт, что он провел в тюрьме почти семнадцать лет, отбывая наказание за участие в убийстве ее матери. Конечно, недавние события, которые ей удалось нарыть, доказали, что он был невиновен, но для Хлои этот человек навсегда останется подонком.

Но в то же время ей не терпелось подойти к нему. Даже обнять. Не было смысла отрицать, что встреча здесь, на открытом и свободном пространстве, вызвала в ней целую бурю эмоций.

Тем не менее, она не рискнула подойти ближе. Она не доверяла ему и, что еще хуже, не могла полностью доверять самой себе.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Хлои.

– Захотелось навестить тебя, – произнес он, поднимаясь на ноги.

В голове тут же закружил вихрь из миллиона вопросов. Главным среди них был тот, откуда он узнал ее адрес. Хотя, любой человек, обладающий упрямым характером и имеющий доступ в Интернет, мог бы запросто раздобыть эту информацию. Но Хлои постаралась сохранить хладнокровие и решила не проявлять теплоту и гостеприимство.

– Как давно ты вышел? – уточнила она.

– Полторы недели назад. Мне потребовалось время, чтобы набраться смелости и приехать повидаться с тобой.

Хлои вспомнила тот телефонный звонок двухмесячной давности директору Джонсону, когда обнаружила последний кусочек загадки, способный освободить его. И вот он здесь. Благодаря ее усилиям. Интересно, знал ли он, как она помогла ему?

– И именно поэтому я выжидал, – продолжил он. – Эта... Эта тишина между нами. Неловкая, несправедливая и...

– Несправедливая? Пап, ты провел в тюрьме большую часть моей жизни... За преступление, которое, как мне удалось узнать, ты не совершал, но, похоже, вовсе не возражал отсидеть этот срок. Да, логично, что мне будет неловко. И учитывая причину твоего тюремного заключения, а также несколько наших последних разговоров, надеюсь, ты поймешь, если я не побегу тебе навстречу, танцуя и разбрасывая лепестки роз на пути.

– Я прекрасно понимаю это, но... Мы уже упустили столько времени. Возможно, ты еще слишком молода, чтобы понять это. Но все те годы, которые я впустую провел за решеткой, зная, чем пожертвовал... Временем с тобой и Даниэль... Собственной жизнью...

– Ты пожертвовал всем этим ради Рутанны Карвайл, – бросила Хлои. – Это был твой выбор.

– Да. И с этой мыслью мне пришлось прожить почти семнадцать лет.

– Так что ты теперь хочешь? – спросила она.

Хлои шагнула прямо, а затем, обойдя отца стороной, подошла к двери. Ей потребовалось гораздо больше силы воли, чем она думала, чтобы просто пройти мимо.

– Надеялся, мы сможем поужинать.

– Вот так?

– Надо же с чего-то начинать, Хлои.

– Нет. Этого не будет, – она открыла дверь и обернулась на отца, впервые посмотрев ему прямо в глаза. Все внутри кипело, и она приложила максимум усилий, чтобы сдержать нахлынувшую волну эмоций. – Тебе пора.