– Неужели сама гауптштурмфюрер Лилия Фройнштаг объявилась?! Вот уж кого не ожидал встретить на итальянских берегах.

– Ваша старая знакомая?

– Скорее, знакомая Отто Скорцени, причем пока еще далеко не старая.

– Это меняет ситуацию, – озабоченно ухмыляясь, почесал затылок Умберто, явно размечтавшийся было по поводу иллюзий следующей встречи. Появление рядом с женщиной тени обер-диверсанта рейха сразу же уменьшало его шансы.

– Поэтому-то все прочие мужчины старались держаться от нее на пушечный выстрел, – подтвердил опасения итальянца фон Шмидт.

– Воспринимаю как дружеское предостережение.

– Поверьте, это лучше, чем услышать предостережение от самой Фройнштаг. Она – из когорты тех диверсантов, которые сначала стреляют, а потом уже решают: стоило ли удостаивать пули именно этого человека? Правда, был один офицер, к которому, как мне говорили, она относилась почти с таким же благоговением, как и к первому диверсанту рейха.

– Очевидно, кто-то из команды Скорцени?

– Естественно. Барон фон Штубер. Штурмбаннфюрер, то есть майор СС. Такой же отпетый диверсант-проходимец, как и его шеф, «человек со шрамом». Фамилию советую запомнить, не исключено, что в скором будущем придется работать с ним.

– В каком смысле… работать? Он что, из морских диверсантов?

– Из сухопутных. Но, очевидно, именно он окажется личным представителем Скорцени при отряде боевых пловцов, тем более что теперь фон Штубер числится по ведомству итальянской военной контрразведки.

– Создается впечатление, что итальянская военная разведка давно уже стала неким побочным продуктом абвера.

– То есть хотите сказать, что итальянская разведка является сборищем отходов деятельности абвера? Понятно. Но точнее будет грешить не на абвер, а на СД, службу имперской безопасности рейха. Сам барон вряд ли решится совершать рейд в Севастополь, поскольку никаким опытом морских диверсий не обладает, но стать консулом первого диверсанта рейха – не откажется. К тому же он воевал в России, бывал в Одессе и в Крыму и, конечно же, прекрасно владеет русским.

– А его подруга, фрау-СС Фройнштаг?

– О, фрау-СС!.. Тоже опытная, хорошо подготовленная диверсантка, принимавшая участие в нескольких сложнейших операциях.

– Как, например, операция по аресту венгерского правителя адмирала Хорти?

– Неужели делилась воспоминаниями? – не поверил фон Шмидт собственному предположению.

– Просто в свое время наш Черный Князь с восхищением рассказывал об этой будапештской операции Скорцени, приводя ее в качестве примера профессионализма истинных диверсантов.

– С его стороны выглядит благородно.

– Кстати, среди прочего, он отметил, что первый диверсант рейха «с деловой активностью» использовал во время этой операции «женский фактор». Не в ходе самого ареста Хорти, а до него, на этапе налаживания отношений с правящей венгерской элитой.

– Тогда он и в самом деле имел в виду гауптштурмфюрера Лилию Фройнштаг.

– Как командир боевых пловцов, Черный Князь часто прибегал к анализу операций Скорцени, так сказать, в виде наглядного пособия. И чувствовалось, что он по-настоящему восхищается подвигами первого диверсанта рейха.

– Значит, и впрямь считал себя учеником Великого Отто. В диверсионном деле, естественно.

Борт крейсера «Краснодон»

– Насколько мне известно, – заметил тем временем адмирал, – Скорцени не имел обыкновения заранее объявлять о своих планах и уж тем более – угрожать противнику какими-либо операциями.