–Тика!!!

–Коршун! Она забрала моего сына! Нет… НЕТ!!!

–Где она?! ГДЕРРРР?!! Головой качает.

–Не знаю. Она помогла мне… Потом вымыла маленького – а он золотой, в тебя… Подняла, сказала «Я готова» – и исчезла! Прямо на месте! Тандер бросился, хотел помешать, и тоже исчез! Тандер тоже?! О нет! Нет, нет!!! Не может быть такого!!! Я помог Тике смыть пену. Потом уложил в воду, отдыхать. А сам метнулся в воздух. Фарху уже в полёте одел. Лечу так, как никогда в жизни не летал. Крылья трещат, боль. Могут сломаться. Куда лечу? Ищу. Ищу странные вещи. Найду – уничтожу.

Именно уничтожу. Кровь выпью. Крылья поотрываю! Час лечу. Скалы видны. Правильно! Тайга ведь здесь нашла Тандера!

Ищу. Вот та пещера. Влетел прямо, не садясь. Оружие раздвинул. Иду по коридорам. Темно. Я глаза на ночные переключил, теперь всё вижу. Иду, хвостом себя хлещу. Запах… грифоны и гышан. Впереди. Бегу. Смотрю – три грифона в пещере, с огнём, и гышан на них ползёт. Убил гышана, дальше иду. Грифоны мне вслед смотрят, ничего не понимают. Глупые… Большая пещера! Очень! Запахи! Непонятные. Трудно видеть – слишком темно. Бегу вперёд. Пустая!!! Бегаю по пещере, рычу. Никого нет. Запах? Запах!

–Тайга, выходи!!! Бегу на запах. Старые железки, на скалах. Много. Запах сильный. Но не Тайги. Вообще не дракона. Грифона запах, вот. Ищу. Ага, вот почему те трое в пещеру лазили. Огромный грифон лежит в трещине, железкой придавило. Живой? Живой. Дышит тяжело, на меня смотрит. Не дрожит. Большой, красивый, серый. Бедный… Оттащил железки. Он в крови весь. Жалко. Надо помочь. Поднял, потащил к выходу. В голове боль, словно ударили оружием. Тайга… Я найду тебя, Тайга. Я НАЙДУ тебя. И когда я тебя найду, я возьму своих сыновей обратно, Тайга.

ЗАПОМНИ!!! Пусть кто станет на моём пути. Пусть. Пусть попробует только.

Глава 11

Десять дней понадобилось Волку, чтобы восстановить здоровье после встречи с Мраком. Негоро пребывал в таком состоянии, что дракону приходилось заботиться о человеке. Причина была проста; на второй день воину пришлось наблюдать казнь Джеромо. Негоро повторял себе, что не мог ничего поделать. Это лишь усиливало страшную депрессию, в которую впал человек. Раны Волка стремительно заживали – раны Негоро воспалялись всё сильнее. И дракон это чувствовал. Среди вещей Джеромо, которые передали тангмарцам как единственным «наследникам», нашлась довольно большая сумма. Друзья ли на эти деньги; никакая сила не смогла бы заставить их принять помощь от жителя Даналона. Каждое утро Волк яростно тренировался на заднем дворе таверны.

Дракон доводил себя до изнеможения, развивая боевое искусство и качая мускулы. Негоро как правило молча сидел на лестницах, понурив голову ничем не интересуясь. Парочка «тангмарских змей» привлекала внимание даналонцев, особенно крестьян. Нередко они наблюдали за тренировками Волка, повиснув на заборе внутреннего двора таверны. Дракон не обращал внимания на зрителей. Уже на второй день он с омерзением смыл бронзовую краску. К тому времени, как сила вернулась крыльям Волка и он начал оттачивать искусство полёта, Негоро немного пришёл в себя. За эти дни дракон и человек так сблизились друг с другом, что любое отличное от «друг» обращение начисто исчезло из памяти. Утром одиннадцатого дня они готовились покинуть Даналон. Негоро паковал вещи в новые мешки, предназначенные для ношения драконом без седла; Волк завтракал.

–Сегодня какой-то праздник, – бесцветным голосом заметил человек.