С того времени как Натиоле отправился в путь, она не получала никаких новостей из Влахкиса, и бездеятельное пребывание в Колхасе, в то время как война становилась все ближе, наверное, свело бы ее с ума.

— …лишь немного тяжелой кавалерии. Они снова собираются, и их позиция неизменна, фрикос. — Гонец только что закончил доклад и покорно опустил глаза.

— Есть ли какой-то признак того, что влахаки позвали на помощь своих союзников-троллей? — поинтересовался Камрос.

— Нет, господин.

Дирийский чиновник что-то довольно прорычал и отпил глоток вина из бокала, который держал в левой руке.

— Они удивительно стойкие, — заявил один из генералов с самодовольной улыбкой, обращаясь к Камросу. — Но мы в конце концов раздавим их.

— Насколько нам сообщили, предводители этих варваров выступают прямо со своими отрядами как простые солдаты, — задумчиво заявил Камрос. — Так что если ликвидировать их и сломать боевой дух их воинов, можно получить большое преимущество.

Артайнис сцепила зубы. «Стен поведет своих влахаков», — горько подумала она.

— Вы побледнели. Возможно, все это слишком жестоко для вас, фрика? — в этот момент сладким голосом поинтересовался Камрос.

Артайнис вежливо склонила голову.

— Нет, со мной все хорошо. Вам не нужно обращать на меня внимание, — приветливым голосом ответила она, хотя внутри вся кипела от гнева.

— Мы должны скоро задействовать наемников, — сказал мужчина справа от Камроса. — Вот будет неприятная неожиданность для нового марчега.

В его голосе послышалось неприкрытое презрение. Он взял горсть засахаренного огненного винограда и с наслаждением стал поедать.

На лице Камроса появилась тонкая улыбка.

— Великолепная идея, Дениксер Склерон, — признал он, потом кивнул в направлении гонца. — Пусть подготовятся наемники.

Гонец поднялся и покинул палатку так же быстро, как и вошел.

Артайнис схватила левой рукой пакет, который получила от Ионниса при отъезде из Теремии и который все еще не открытым постоянно носила с собой как талисман. Она знала, что ничего не может сделать, лишь наблюдать, как бы тяжело ей при этом не было.

«Но когда-нибудь ты поплатишься за этот военный поход, Камрос, ты, собака, — подумала она. — Мой отец побеспокоится об этом».

А до тех пор ей оставалось лишь страстно надеяться, что принцев Влахкиса не будет среди жертв этой безумной затеи.

67

— Они запускают катапульты!

Этот крик вывел Корнеля из медитации, и священник взглянул в сторону битвы.

Поле боя было усеяно телами. Здесь и там еще горел огонь, некоторые солдаты были объяты пламенем, и над полем поднимался черный дым, который уносил ветер. Империя не спешила со следующей атакой, и теперь Корнель увидел почему. Группы людей тащили катапульты вверх по склону, через передние ряды имперской армии. Уже скоро они достигнут позиции, с которой смогут обстрелять защитников перевала. Империя и на войне работала с ужасающей эффективностью.

— Если они поднимут катапульты еще дальше, нам придется отступить, — заявила рядом с ним кераля.

— Нет! — резко вырвалось у Корнеля.