Толпа рассеялась внезапно, как только они начали пересекать Красную зону, и впервые в жизни Бенни осознал; на каком-то уровне он всегда знал, что люди избегают Красной зоны, но всегда полагал, что причина кроется в страхе перед зомами. Сейчас до него дошло — они стоят на дальней стороне линии, потому что в городе и вдали от забора легче притворяться, будто снаружи не существовало брошенных земель с мертвецами. Понимание этого заставляло его одновременно чувствовать грусть и отвращение.

Когда их уже не могли услышать остальные жители, Чонг сказал:

— Том, мой отец говорил с капитаном Странком и заместителем Горманом. Я слышал, как они спорили о монете, которую нашли в доме Никс. Имя Вина постоянно звучало в их разговоре.

Вин Транг был одним из мужчин, известных как братья Меконг. Вторым мужчиной, который даже не приходился ему родней, был Джои Дак. Несмотря на их очевидное вьетнамское происхождение, они оба выросли в Лос-Анджелесе. Ближе всего они были к Вьетнаму, когда продавали phó и bánh cuôn в продовольственном вагончике на территории студенческого городка Калифорнийского университета Лос-Анджелеса до Первой ночи.

— Капитан сказал, что Вин и Джои — единственные, напавшие на Никс и ее мать. И возможно, на того художника. — Чонг бросил взгляд на Бенни. — Морги говорил что-нибудь?

— Нет, — ответил Бенни. — Он сказал только, что они забрали Никс. Не называя имен.

Чонг перевел взгляд обратно на Тома.

— Говорила… ли миссис Райли что-нибудь?

Взгляд Тома был прикован к стене, пока они шли через Красную зону.

— У нее хватило дыхания сказать только одну фразу. — Он надолго замолчал, и друзья уже решили, что за этим ничего не последует, но тот продолжил: — «Спаси мою малышку. Спаси Никс».

— Я не могу поверить в то, что произошло, — Чонг смахнул слезы с глаз. — Мой отец говорит, что братья Меконг иногда работают с Чарли Маттиасом.

— Знаю, — согласился Том.

— Папа сказал, что капитан Странк пригласил Лероя Вильямса взглянуть на следы ног, которые ты нашел. Думаю, он собирался их изучить.

Том кивнул.

— Что он может сделать? — удивился Бенни. Он знал о Вильямсе только то, что тот был фермером, потерявшим руку в автокатастрофе, когда перевозил беженцев в переполненном внедорожнике через «Руины».

— Перед Первой ночью, — пояснил Том, — Лерой работал детективом и расследовал ограбления в Сан-Диего. Он мог бы стать капитаном охраны, если бы тогда не потерял руку.

Они добрались до бункера, в котором располагался охранный пост. Снаружи была привязана пара лошадей. Лерой Вильямс и капитан Странк стояли рядом с ними. Кучка караульных и помощников городского надзора сгруппировалась вокруг них.

Лерой, одетый в рабочий джинсовый комбинезон и белую хлопковую футболку, вышел к ним навстречу. Он протянул Тому свою левую руку для рукопожатия.

— Сожалею насчет Джесси, Том, — сказал Вильямс. Он был черным мужчиной около семидесяти лет. Его темная кожа была исполосована ужасными шрамами, но в глазах светилась доброта. — Это действительно плохое, плохое дело. Целый мир уничтожен, а люди все еще терзают друг друга. И совсем не учатся.

— Да, — горько согласился Том, — не учатся.

Фермер взглянул на Бенни, оценивая его.

— Может быть, некоторые из вас, дети, будут иметь больше здравого смысла.

— Так и будет, — сказал Бенни, хотя он не был уверен настолько, насколько твердо это прозвучало.