Изменить размер шрифта - +
 — А что это такое у тебя на плече?

— Домовая Сила! — с важностью изрек Башмачник.

Снаркс побледнел, то есть из зеленого стал салатным.

— А в кустах, пожалуй, было не так уж и плохо! — печально сказал он.

Башмачник спрыгнул с моего плеча и проворно перебежал к Снарксу.

— Мне тоже в последнее время было не по себе, — доверительно сообщил он демону. — Но теперь, когда ты здесь, все будет замечательно! Ах, как мне весело! Праздник! Именины Домового!

— Этого-то я и боялся! — простонал Снаркс.

Впервые я от всей души посочувствовал демону. Как ни приятно было снова видеть Башмачника в хорошем настроении, я прекрасно сознавал, что праздник, как его понимал Домовой, и мне будет выдержать непросто.

— Проклятие! — Хендрик поднял свой страшный Головолом. Он увидел Гакса. Гакс тоже увидел Хендрика и Снаркса, ткнул Бракса в бок острым когтем и выпалил:

— Давай!

— Позвольте! — сказал я и отобрал у Бракса барабан. — Вы разве не помните, что я сказал о пении и декламации?

Бракс растерялся. Гакс обжег меня ненавидящим взглядом и что-то зашептал на ухо своему приспешнику. Тот, выслушав и торжественно откашлявшись, сказал:

— Правитель просил передать вам следующее. — Он улыбнулся жутковатой улыбкой. — В общем, Гакс Унфуфаду, благородный демон… э-э… выражает свою радость по поводу прибытия новых союзников, э-э… приветствует их и… как там дальше-то… в общем, настроен вполне дружелюбно.

Хьюберт фыркнул:

— А это что, разве не декламация? Я…

— Да уж, — перебил я. — Надоели мне эти ваши препирательства. Они отравляют нам жизнь. В конце концов, может быть, я был слишком строг и скромную декламацию все-таки следует разрешить, в разумных пределах, конечно.

— Правильно! — бухнул Гакс, а его помощник тут же снова завладел барабаном и принялся бить в него как сумасшедший.

Хьюберт выдохнул пламя. Бракс перестал барабанить и с опаской поглядел на ящера. Дракон был непреклонен.

— Нет уж, — сказал он. — Если они станут декламировать, то мы будем петь и танцевать!

— Что ты хотел бы исполнить? — спросила Эли своего партнера.

Хьюберт на секунду задумался, а потом предложил:

— Как насчет номера двести шестнадцать?

— Полька «Избиение демонов»? А я-то думала, что в этом походе мы — друзья!

— Дружить с драконом-артистом — все равно что доверять демону-политику, — язвительно заметил Снаркс.

Я рассказал Снарксу и Хендрику, как случилось, что Гакс идет с нами, упомянув также о небольших разногласиях между Гаксом и Хьюбертом. Тут я снова вспомнил о Смерти. Еще в Вуште она натравливала моих друзей друг на друга, стремясь сделать так, чтобы я остался один. В воздухе снова запахло разладом. Может быть, Смерть возобновила свои усилия, чтобы сорвать поход и не дать нам выполнить нашу миссию? Ни на секунду нельзя забывать о Смерти! Встреча с ней пострашнее стычки с десятком демонов. Неужели мне еще доведется увидеться с ней с глазу на глаз?

— Погоди-ка! — насторожился Снаркс. — Выходит, Гакс примкнул к тебе, решив, что ты — Вечный Ученик?

— Проклятие, — добавил Хендрик.

— Это пугает, — покачал головой Снаркс. — Подумать только: Вечный Ученик! Значит, эти прыщи останутся у тебя навсегда?

— Да уж… — Вопрос привел меня в некоторое замешательство. — Думаю, нет.

Быстрый переход