|
— Ужинать… — повторил он. Казалось, он готов сорваться прочь, как будто забрел на священную территорию. На мгновение она почувствовала свое превосходство. — Вы хотели мне что-то сказать, — напомнила Миранда. — Я не посмотрел на время. Ну, это, пожалуй, уловка, подумала она. Часов у него не было ни на левом, ни на правом запястье. — А еще сказали, у вас есть идея. — Завтра. Еще один шаг назад. Она передумала. — А вы поели? — Знаете… — Лицо его помрачнело. — Работа. Ужин. Не очень хороший расклад. Неудачно я к вам заглянул. — Хотите поужинать со мной? — отчетливо и медленно проговорила она. Он огляделся. Бежать некуда. — Спасибо, — ответил он. — С удовольствием. — Вот и хорошо, — сказала она. Он промолчал. Она повела его в дом. У выхода на задний двор он машинально стал сбрасывать обувь. — Да не надо, — сказала она, не снимая своей. Он не послушался и остался в чистых белых носках. Рубашка стального цвета со склада на пару размеров больше, тоже свежая. Черные джинсы, слишком для него широкие. Он стянул их на поясе старым кожаным ремнем. Внутри становилось совсем темно. Она включила свет. Натан Ли быстро огляделся, мгновенно запечатлев в памяти обстановку, и Миранда на какой-то миг почувствовала себя выставленной напоказ. Дом был не более чем базовым лагерем для ее офиса. Не было здесь ни единого произведения искусства, даже календаря с цветочками или щенками. Диаграммы геномов, научные статьи, распечатки электронных таблиц, пришпиленные кнопками к голым стенам или магнитиками к холодильнику. На кухонном столе — два компьютера, оба включены. Прилепленная скотчем к окну схема 16-й хромосомы закрывала вид на живописный ландшафт. — Так, посмотрим, что тут у нас, — сказала она, приступив к инспекции кладовки и холодильника. Миранда по привычке питалась в кафетериях. В недрах ее квартиры обнаружились яичный порошок, кусок твердого сыра пармезан, коробка кукурузных хлопьев, помидоры из чьего-то огорода и нераспечатанный ящик вина последнего урожая, снятого близ Таоса. Вино прежде принадлежало Элис — часть ее крохотного лос-аламосского наследства, перешедшая к Миранде. — Гав-гав! — объявила она. — Закрома пусты. — Послушайте… — начал было Натан Ли. Вот опять он, сигнал тревоги. Еда, подметила она, многое для него значит. Она порывисто вытащила из кладовки ящик с вином и вручила гостю штопор: — Открывайте вино. На ужин у нас будет завтрак. Омлеты «Миранда». Натан Ли извлек пробку из бутылки. Она поставила на стол два массивных стакана. — Садитесь, — велела она. Пока он устраивался на стуле, она попыталась что-то приготовить. Однако правильно резать лук она никогда не умела и, ослепнув от слез, зацепила ножом костяшку пальца. Вскоре на ее месте оказался Натан Ли, а она — на стуле. Вино пошло обоим на пользу. Их неловкость растаяла. Она поддразнила его: — Каково оно — быть знаменитостью? — Да какая знаменитость… — отмахнулся он. |
