— А почему такое странное имя? — не удержалась Рина от вопроса и тут же бросила на меня виноватый взгляд.

— Странное, странное, — со смешком согласилась я. — Оно переводится как «осколок неба» и вообще-то среднего рода. Я так понимаю, специально выбрали, чтобы никто не мог по имени определить, какого пола наследник. Тия мне нравится гораздо больше.

О своих родителях я думала не так уж часто и не могу сказать, что сильно по ним скучала. Как можно скучать по тем, кого никогда в жизни не видел?

Нет, до того, как узнала, кто я такая, я часто представляла себе, кем могут оказаться мои родные, мечтала, что они ждут меня и очень обрадуются — как, наверное, мечтали все дети кесаря. Потом луну или две длилось принятие реального положения вещей, я даже немного злилась на покойного кесаря. Но можно сказать, что с новой реальностью я смирилась быстро и достаточно безболезненно.

Конечно, я порой задумывалась, что было бы, окажись родители живы, но почему-то ничего хорошего не представлялось. Наверное, потому, что я была уже достаточно взрослой и разумной, чтобы понимать: у единственной наследницы не могло быть такого веселого и интересного детства в компании сверстников, какое было у меня. И за это я своих родителей неизменно благодарила. Как, разумеется, и за то, что вообще появилась на свет и дожила до своих лет. А вместе с ними — куда более реальных Ива, Даора и всех остальных.

— Что до братьев кесаря, — продолжал тем временем Даор, — подозрения, конечно, были тогда и больше окрепли сейчас, но это все же слишком похоже на случайность. Младший из них погиб на охоте, старший… Официально причиной гибели называют несчастный случай, но, между нами, молодой человек поплатился за собственную неразборчивость. Он посещал некую даму, у которой имелся очень ревнивый супруг, и однажды тот в неурочный час вернулся домой. Обманутый муж в припадке ярости убил изменщицу и ее любовника, потом сообразил, на кого поднял руку, и в ужасе покончил с собой. Или просто покончил с собой, от отчаянья — это нам не известно. Подстроить подобное сложно, но… мы ведь не знаем, кто именно и как это делал. Мы не знаем, на что способен Хаос.

— Кстати, мне кажется, на многие вопросы Рины может ответить все та же теория, — подал голос Хала. — Если мы правильно определили суть Хаоса как смеси тех сил, которые существуют в нашем мире отдельно друг от друга, то очевидно, что именно на этом разделении построен наш мир, а граница, получается, проходит по небесному куполу. Он выступает как этакое огромное сито. Дальше, божественные силы тоже, скорее всего, родственны Хаосу — ведь боги родились именно из него. Насколько мы можем судить, боги очень ограничены в своем вмешательстве в дела смертных и вообще в наш мир. Я склонен предположить, что ограничены они именно количественно, по сумме примененных сил, и в таком случае серьезное и масштабное воздействие, к которому прибегла Идущая-с-Облаками, не позволило долгое время вмешиваться в происходящее не только богам, но и их противникам. Полагаю, потому, что чрезмерное применение сил Хаоса может привести к гибели всего мира. Ну вроде как оно разрушит сложившееся разделение и заставит все смешаться. И, кстати, если это правда, я бы не исключал возможности, что, во-первых, за эту передышку мы сейчас и расплачиваемся, столкнувшись с повышенной активностью Хаоса, и во-вторых, именно из-за повышенной активности Хаоса наблюдается такая эпидемия чернокровия.

— Может, и так, — задумчиво протянул Виго. — А может быть, и нет. Теория хороша и действительно многое объясняет, но увы, она только теория, подтвердить которую могут лишь боги.