Зачем он это сделал, если у самих злодеев поблизости осталась своя крытая повозка, декатор объяснить не мог. Вероятно, нападающий запаниковал, а потом опомнился. Единственное, что удалось пока доподлинно установить, — этот четвертый являлся даном, и сильным даном, потому что профессионал-охранник не сумел оказать ему достойного сопротивления даже при наличии защитного амулета. Увы, дальше обоих экипажей собаки след не взяли, и сразу найти какие-то зацепки не удалось — ни с помощью обыкновенного осмотра, ни с помощью чар.

Во дворец докладчик явился по двум причинам. Во-первых, решил, во избежание проблем, лично сопроводить сюда госпожу Ярость Богов — не отправлять же женщину после такого одну, а Райда забрали целители. А во-вторых, обо всех событиях, связанных с ближним кругом кесаря, офицеры седьмой милии были обязаны докладывать лично Даору, письменно или, в подобных чрезвычайных случаях, устно.

Пока Алый Хлыст и его будущий сменщик вдвоем расспрашивали явно смущенного таким напором декатора, я больше наблюдала за поведением Ива. Общую суть я ухватила, вмешиваться же в расследование не собиралась: нет ни смысла, ни сил, ни времени вникать в тонкости следственной работы.

А вот железяка меня беспокоил. Я не думала, что он на самом деле потеряет над собой контроль, тем более беда миновала и все закончилось хорошо, но состояние мужчины тревожило. Бледный, замерший, с крепко стиснутыми зубами и пустым холодным взглядом, добавлявшим декатору беспокойства, он больше напоминал мраморную статую, чем живого человека. И от окончательного окаменения фира, кажется, удерживала только прильнувшая к нему женщина, прячущая лицо на его груди. Ярость Богов обнимал жену бережно, осторожно, медленно поглаживая растрепавшиеся черные волосы, и было в этом жесте что-то неправильное, странное. Вскоре я поняла: неуверенность. Перед каждым прикосновением ладонь замирала, а дотронувшись — вздрагивала.

Окончившего доклад декатора отпустили с миром где-то через четверть часа, и отступал мужчина еще поспешней, чем влетел в кабинет.

— Господа, полагаю, на сегодня довольно. Рада была с вами познакомиться и очень надеюсь, что мы сработаемся, — обратилась я к чужакам.

Те совершенно не возражали, высказали ответные любезности и откланялись. С ними вместе отбыл и Голос Золота, негромко ворча, что беспорядочность в питании ведет к беспорядочности в голове, и остались самые стойкие.

Все это время Ив стоял почти неподвижно, продолжая смотреть в ту же точку. И, рассудив, что с мужчиной пока разговаривать бесполезно, я обратилась к его жене.

— Рина, как ты себя чувствуешь?

От звука собственного имени дана вздрогнула, после чего чуть отстранилась и обернулась. Выглядела она напуганной и растерянной, но в целом куда лучше своего мужа.

— Да я даже толком испугаться не успела, все очень быстро случилось. Хорошо, что Ив защиту поставил…

В этот момент наконец-то отмер и фир, опустил взгляд на Рину и рывком крепко прижал ее к себе, отчего женщина придушенно пискнула.

— Больше ни на шаг от меня не отойдешь! — шумно выдохнул мужчина.

— Да ладно тебе, — смущенно пробормотала дана, вновь немного отстраняясь. — Ну все же обошлось. Ты для того и поставил эту защиту, чтобы…

— Да не в защите дело! — раздраженно оборвал ее Ив. — Любая защита конечна. Будь у них время, подготовься они лучше, и она бы тебя не спасла! А меня не было рядом. Ржа меня побери, я ничего не почувствовал, понимаешь? Я даже не знал, что с тобой что-то… — он осекся на полуслове и опять крепче притиснул к себе жену.

— Сиятельная, может, мы пройдем в другое помещение? — с отчетливой насмешкой в голосе предложил Виго, с непонятным выражением лица разглядывая обнимающуюся пару.