– Ладно, давай.

   – Я думаю, что все дело в твоей работе.

   – Почему?

   – Я слушал твое шоу и понял, что у тебя с твоими слушателями есть особая связь. Думаю, именно поэтому ты настраиваешь себя на неудачи в личных взаимоотношениях. Одинокое сердце должно оставаться одиноким.

   – Ты не знаешь…

   Он приложил палец к ее губам. Она хотела защитить себя, и он не мог ее винить за это. Обнажение души в сегодняшнем меню не значилось.

   – Тебе не надо защищаться и оправдываться. Это было всего лишь мое мнение.

   Лорен понимала, что сказала лишнее, и теперь пыталась вновь установить барьер между ними. Джек выбрал легкую лыжню через парк. Они говорили о книгах и музыке. Она неудивилась, узнав, что он никогда не хранит книги или диски больше полугода. А Лорен просто не могла представить себе, что в ее доме не будет любимых романов, которые она всегда сможет перечитать.

   Но она все никак не могла забыть то, что сказал ей Джек, – она действительно боится близости. Большую часть своей жизни Лорен потратила на то, чтобы установить барьеры между собой и остальным миром. Работа на радио в этом смысле была идеальным местом. Тем более в программе «Одинокое сердце».

   Наступившее утро было солнечным, но все же Лорен немного замерзла. Наконец они вернулись к машине. Джек включил обогрев и протянул ей кружку с овощным супом.

   – Сегодня была твоя последняя работа в ночном эфире? – спросил он.

   Лорен откинулась на сиденье.

   – Да, с понедельника работаю в утреннем шоу.

   – Я думаю, что с твоим голосом и сочувствием у тебя все получится.

   Она понимала, что Джек прав. Тай в течение нескольких лет пытался перетянуть ее на работу в утреннем эфире, где у нее будет гораздо больше слушателей. Но Лорен всегда нравилась особая интимность ночного эфира.

   – Я тоже так думаю. Тай перевел меня на этот проект, чтобы я помогла Рэю в продвижении проекта «Миля мужчин».

   – А, «Миля мужчин». Знаешь, по-моему, это просто дискриминация по половому признаку. Если бы я спонсировал «Милю женщин», тебе бы это вряд ли понравилось.

   Лорен невольно рассмеялась.

   – Я знаю. Ты прав. Но теперь это принято в обществе. Я также предложила моим слушателям найти мистера Совершенство.

   Джек опустил ей руку на плечо и прижал к себе. Ее дрожь прошла. Лорен хотелось утонуть в его объятиях, чтобы тепло его тела окутывало ее, а его голос заставлял ее забыть обо всем на свете.

   – Ты выглядишь испуганной. Я не собираюсь набрасываться на тебя. – Он протянул руку к ее волосам и, взяв один локон, начал накручивать его на палец. Мужчины всегда так делали. Ее кудряшки действовали на них магическим образом.

   – Я не боюсь.

   Так как время барьеров прошло, то теперь Лорен была уверена, что сегодня ночью она не уйдет до тех пор, пока они не решат двигаться дальше и следовать тому притяжению, которое возникло между ними.

   – Тогда в чем дело? – спросил Джек.

   Он продолжал играть ее волосами.

   – Обещаешь, что не будешь смеяться? – спросила Лорен. Разве это так важно? Ее брат Дюк всегда говорил, что она слишком беспокоиться о том, что о ней подумают люди. Но он был двухметровым футбольным защитником, а она нет.