Так, значит, они… с мисси…

Святые угодники, да что же тут творится?! Неужели мисси и впрямь помогла Джуно Джейн попасть в дом?!

Если я расскажу Тати об этом, она непременно решит, что я все выдумала.

Так вот почему мисси Лавиния не закатила скандал минувшей ночью. Может, и Седди не проснулась, несмотря на весь шум, именно из за нее. Возможно, мисси Лавиния приложила руку и к этому.

– Пускай так, Джуно Джейн, но где же награда за все мои старания? Что я получила взамен? Ничего! Ты, как и я, не знаешь, где хранятся его документы. А может, ты меня обманула, когда пообещала, что сумеешь их найти… А возможно, это мой отец  тебе солгал, – добавила она и тихонько хихикнула, наслаждаясь этими словами, точно сладкой карамелькой.

– Не может такого быть! – голос Джуно Джейн взлетает и теперь кажется совсем детским, но потом он становится прежним. – Он обещал обо мне заботиться и не мог нарушить этого слова. Он всегда говорил, что…

– Ты в этой семье никто! – вопит мисси, и над головой у нее вспархивает испуганный дрозд. Я оглядываюсь, высматривая себе убежище на случай, если кто нибудь явится на шум. – Ты – пустое место,  и если отец и правда умер, то вы – ты и мамаша твоя желтокожая – больше ни цента не получите! И поделом! А знаешь, Джуно Джейн, мне ведь тебя почти жаль: мать, которая боится, что ты вырастешь красивее, чем она сама, отец, уставший от такого бремени, как внебрачный ребенок. Чему тут завидовать?

– Не смей так о нем говорить! Он никогда не врет! Как знать, может, он перепрятал те бумаги ровно для того, чтобы твоя  матушка их не спалила! А то ведь она потом наверняка затребует себе все папино имущество! Ты же, не получив напрямую никакого наследства, будешь вечно плясать под мамкину дудку. Ты ведь этого так боишься? Потому то и позвала меня?

– А что мне было делать, – говорит мисси, и голос у нее при этом такой приторный, будто она выманивает из угла поросеночка, чтобы связать его и перерезать ему глотку. – Ты же отказалась мне говорить, где именно папа спрятал бумаги, а настояла на том, чтобы поискать их самой…

– Ха! Тоже мне, наивную дурочку нашла! Да ты бы тогда мигом стащила то, что мне причитается, обчистила бы меня, как тебя – твоя матушка!

– То, что тебе причитается?  Послушай, Джуно Джейн: твое место – в Треме с другими расфуфыренными девицами, и твой удел – ждать, пока матушка не продаст тебя какому нибудь заезжему джентльмену, чтобы только оплатить все счета. Пожалуй, ей стоило лучше подготовиться к тем временам, когда отца не станет и когда жить на его подачки уже не получится!

– Не смей так говорить! Папа не…

– Что? Хочешь сказать, он с нами? Как и прежде? – насмешливо переспрашивает мисси Лавиния. В ее голосе нет и капли печали. Во всяком случае, об отце она точно не горюет. Единственное, о чем она теперь думает, как бы плантация, вернее, то, что от нее осталось вкупе с техасскими землями, не попало прямиком в руки хозяйке. Джуно Джейн права: если это случится, юная мисси по гроб дней своих будет под матушкиным каблуком.

– Закрой рот и не смей говорить такое! – задыхаясь от возмущения, восклицает Джуно Джейн.

Повисает долгая пауза. До того зловещая, что по спине у меня так и бегут мурашки. Кажется, будто неподалеку притаился какой то злой дух. Я не вижу его, но чувствую – он где то рядом и вот вот нападет.

– Как бы там ни было, эта твоя вчерашняя вылазка в библиотеку доставила мне кучу хлопот, и ничего больше. Впрочем, нам с тобой придется пуститься еще в одно путешествие, прежде чем дело решится. Всего на денек – а потом я сыщу для тебя самое быстрое судно до Нового Орлеана. А когда вернешься в Треме, к своей матушке… делай, что сочтешь нужным.