Хедли вошел в «Здоровое питание» и уселся на табурет у стойки, сложив руки на мокрой клеенке.

– Что тебе, Стюарт? – устало спросила Бетти, слабо улыбнувшись.

– Бутылку шипучки и банку вон того сельдерейного экстракта. Чтобы я мог приготовить фосфатный коктейль.

Человек в полосатом костюме отодвинул журнал в сторону.

– Стюарт! – воскликнул он дружелюбным голоском. – Вот те на! Как жизнь?

– Привет, Уэйкфилд, – холодно ответил Хедли.

– Пересаживайся ко мне, – Уэйкфилд радушно махнул ложкой и расплылся в веселой золотозубой улыбке. Хедли безучастно встал и апатично подошел к его столику.

– Я читаю интересную статью о вакцинации, – с гордостью заявил человек, похожий на маленький чернослив. – Автор – Бернард Шоу, великий английский драматург. Возможно, тебя заинтересует.

– Мне пора возвращаться в магазин, – невнятно ответил Хедли. – Как цветочный бизнес?

– Не жалуюсь, – кивнул Уэйкфилд, став вдруг напыщенным и чинным, едва зашла о его цветочном магазине. – Загляни как-нибудь, и я подберу тебе красивую пурпурную гвоздику для петлицы, – он критично осмотрел костюм Хедли. – Хотя к этому костюму, возможно, больше подойдет белая гардения. Пурпурный цвет будет вырываться. Думаю, что-нибудь белое… Да, гардения.

Он наклонился к Хедли и проскрежетал ему на ухо:

– Это все равно что вводить в кровь ребенка мышьяк! Миллиарды мертвых микробов. Их измельчают и вводят ребенку. Зверство! Почитай эту статью, – он настойчиво ткнул журнал Хедли. – Они распространяют заразу по всему свету. Любой нормальный человек знает, что единственный способ сохранить здоровье – это правильное питание. Помнишь? «Человек есть то, что он ест». Так ведь? – он повысил голос. – Так ведь, Бетти?

– Так, Хорас, – устало ответила Бетти, поставив две бутылки на стойку, и опустилась на табурет. – С тебя доллар сорок, Стюарт.

Уэйкфилд схватил запястье Хедли своими тонкими холодными пальцами.

– Знаешь, что вызывает рак? Мясо! Свиной и говяжий жир, особенно свиной. Но труднее всего переваривается бараний. Он застревает в нижней части желудочно-кишечного тракта и разлагается. Иногда комок бараньего жира лежит там неделями, гниет и воняет, – он скривился в отвращении, обнажив золотые зубы; его расширенные глаза возбужденно забегали за очками в стальной оправе. – Человек превращается в свалку мусора. Вонючие груды отбросов и нечистот, а вокруг жужжат мухи и копошатся черви. В свинине живут черви, вызывающие трихинеллез. Они роют ходы в мышцах и расползаются по всему телу. Большие мягкие белые червяки беспрестанно роют ходы… – Он поежился и вернулся к тапиоковому пудингу. – Запомни, Стюарт, – спокойно подытожил Уэйкфилд, старательно зачерпнув последнюю ложку. – Человек есть то, что он ест.

Хедли заплатил за бутылки и вышел из «Здорового питания» под палящее солнце. В голове зашевелилась смутная мысль, которую он вынашивал последние пару недель. Осторожно прижимая к себе бутылки, Стюарт зашагал по тротуару, а затем, потупившись, нырнул в прохладный сумрак магазина телевизоров.

Фергессона окружали посетители у главного прилавка.