— Шестьдесят, и договорились.

— Только потому, что мы были любовниками, — сказала Мерили и застенчиво потупила глаза.

— Так сколько у тебя есть?

— Триста долларов.

Малони взглянул на табло. Ставки на Джобоун упали до двенадцати к одному.

— Триста долларов нам подойдет, — сказал он и снова посмотрел на табло: до старта оставалось пять минут.

— По-моему, здесь могут возникнуть некоторые осложнения, — сказала Мерили.

— Какие осложнения?

— Допустим, твоя лошадь выиграла, а они убьют тебя до того, как ты получил в кассе свой выигрыш.

— Они могут убить меня в любой момент, но я уверен, что они этого не сделают, — сказал Малони, отнюдь не так уж уверенный в этом.

— Ну, тогда может случиться так, что твоя лошадь выиграла и ты уже забрал свой выигрыш, но они убьют тебя до того, как ты отдашь мне мою долю.

— Если тебя это беспокоит, оставайся со мной, — сказал он.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы вместе посмотрим заезд. Если Лошадь выиграет, мы получим деньги и я сразу же отдам тебе твою долю. Ну, как ты на это смотришь?

— О Господи, по-моему, это очень рискованно, — сказала Мерили. — Я сказала ему, что иду в туалет. Он может послать кого-нибудь найти меня.

— А мы будем следить за заездом из ресторана. Он начнется через… Он снова посмотрел на табло, — через четыре минуты.

За это время он не успеет без тебя соскучиться. Мерили, пожалуйста, давай скорее деньги, нужно сделать ставку, пока еще не поздно.

— Как зовут твою лошадь? — спросила она.

— Сначала деньги.

— Нет, сначала назови ее кличку.

До старта оставалось всего три минуты.

— Мерили…

— Кличку! — сказала она.

— Мерили, давай не будем…

— Кличку.

Малони вздохнул.

— Нет, — сказал он, — я не могу рисковать.

— А я думала, ты игрок.

— Да, но…

— Сначала всегда нужно узнать, как зовут лошадь.

— Это тебе не вечеринка с коктейлем, — сказал он, — это бега! — Он кинул взгляд на табло. — Мерили, кассы закроются через две минуты, ради Бога, ты можешь дать мне деньги?

— Вообще-то ты очень ненадежный человек, — сказала она, но открыла сумочку и извлекла триста долларов в двадцатидолларовых бумажках и тут же вручила их ему. — А теперь ты мне назовешь ее кличку?

— Ее зовут Джобоун, — сказал он и бросился бежать к окошку, годе продавались билеты по сто долларов.

— Какое милое имя! — крикнула она ему вслед. — Джобоун!

Он купил три билета по сто долларов и в последний раз взглянул на табло, перед тем как они вошли в ресторан. Ставки уже были десять к одному. Если Джобоун выиграет, они получат три тысячи долларов, и его доля составит тысячу двести, что ровно на тысячу двести долларов больше того, что он имел вчера утром. Вполне достаточно, чтобы начать играть в Гарлеме, достаточно, чтобы купить сотни хороших покерных ставок, переломить эту проклятую тенденцию вечных проигрышей и начать наконец выигрывать. «Кают-компания» был роскошным рестораном с двенадцатью телеприемниками, размещенными вдоль четырех стен просторного помещения, что позволяло посетителям обедать, не упуская волнующих подробностей скачек. Малони с девушкой вошли внутрь, когда комментатор объявил: «Лошади ни старте!» Малони решил занять столик в дальнем углу, подальше от входа на случай, если Генри и Джордж еще на охоте.