- Ты - "бугор", "Гильза".

- Точняк.

"Хайбол" стояла, надувшись. Колени у нее тряслись, а одной рукой она держалась за промежность.

- Если б не я, Поли тебя завалил бы. Уже дважды. Если б не я, ты бы по-прежнему отсасывала за пять долларов, торговала дешевой "дурью" для какого-нибудь слабохарактерного лузера-сутенера из Битч-Сити. Заработай денег, дорогуша. А как заработаешь, возвращайся на склад, расфасуй "герыч" и постирай наши обтруханные труселя. А мы с дружбанами будем делать ход, потому что мы - клевые, в рот компот. Мы - короли юга, а ты... наша шлюха. Потом, если тебе повезет, мы вернемся и прочистим твою сучью "дырку", как сортир на заправке.

"Хайбол" дрожала, в глазах у нее стояли слезы.

- Вы... вы держите меня за кусок мяса!

"Гильза", подмигнув, снова подал сигнал. Мендуэз применил к ней захват и...

ШМЯК!

"Гильза" ударил ей ногой прямо промеж ног.

- ОООООООООУ

- Ты - кусок мяса, сучка. Ты - кусок мяса. Теперь тащи отсюда свою задницу, торгуй мандой-проказницей. Клиента оприходуй, деньжат заработай. Набери в рот "молофьи", чтобы деньги к тебе шли. Усекла?

- Да, усекла, - "Хайбол" шмыгнула носом и утащилась прочь.

- А эта сучка нас любит, - заверил "Гильза". - Верно, дружбаны?

- Да, блин!

- Иногда сучке требуется хороший пинок по "манде". Причем такой крепкий, чтоб ее гребаные яичники звякнули друг об друга, как те штуки со стальными шариками, которые стоят на столах у бизнесменов. - "Гильза" кивнул. - Лучший способ заставлять "телку" любить себя - пинать ее по "манде". Это поднимает ей самооценку.

- Черт, да, блин. Этой белой шлюхе нужны парни, вроде нас. Мы, типа, даем ей почувствовать свою идентичность.

- Правильно.

Они пересекли игровую площадку начальной школы, которая пустовала из-за рождественских каникул. Впереди возникла подергивающаяся фигура.

- Что это за сраный мусорный бак на двух ногах? Один из наших?

- Выглядит знакомым.

- О, да. Постоянный клиент.

Тощий, как ручка метлы, белый тип в лохмотьях двигался, словно в трансе, в их сторону. Волосы у него походили на растрепанную и плохо промытую швабру.

- Эй, братан. Если ищешь "дозу", мы тебе поможем.

"Нарик" с остекленевшими глазами едва слышал его.

- Не, мужик, - проскрипел он. Восковое лицо было покрыто прорвавшимися нарывами. - Я ограбил возле банкомата одну старуху и только что "укололся".

- Но ты же всегда берешь у нас, - возразил Мендуэз.

- У меня была ломка, мужик. - Когда "нарик" принялся чесать руки, с них посыпались чешуйки. - Не мог найти вас, парни, поэтому пришлось брать у новеньких.

"Гильза" выплюнул набранный в рот вишневый напиток.

- У новеньких?

- Ты же не о тех уродах с Бирдтаун-роуд? Черт, мужик, они ж давно свалили.

- Не, мужик. Новенькие. Они  только что открыли "точку" на Мэпл-стрит. Продают мексиканский "герыч". Пакетик на пять баксов дешевле, мужик. Пара белых парней. Сказали, из Мэриленда.

Когда "нарик" уковылял прочь, троица обменялась зловещими взглядами.

- Гребаные конкуренты повсюду, дружбаны. Любой кусок дерьма с улицы приходит сюда и пытается вломиться в наш "бизнес", - посетовал "Гильза". - Хммм. Ну и что будем делать? Что думаешь... Мендуэз?

Сунг рассмеялся и - с азиатским акцентом - изобразил собачий лай.

- Мэпл-стрит, да, мужик? - Мендуэз кивнул с улыбкой, поняв намек.

Вероника благополучно проснулась в заднем отсеке грузовика всего через несколько минут, после того как мужчины устроили подходящее наказание несчастной русской девушке по имени Каша.