Нейса выдула раздраженную ноту и обернулась светлячком, как тогда, в убежище червяка.

– Но теперь будет слишком холодно для такого нежного создания! – запротестовал Стайл. – Ты можешь быть огнеупорной, но морозостойкой… Сомневаюсь. Ты пролетишь всего несколько секунд, а потом твое маленькое тельце насекомого упадет на лед.

Светлячок сел на его плечо, огонь его уже тускнел.

– О! Какой же я недогадливый! – воскликнул Стайл. – Я посажу тебя к себе за пазуху!

Он так и сделал. Нейса с комфортом устроилась за пазухой Стайла. А он сотворил себе пару хороших коньков. Стайл был прекрасным конькобежцем, он даже участвовал в соревнованиях на Протоне.

Он заскользил к Замку Белого Адепта. Лед бью твердым, а неровности не тревожили его. Он даже не побеспокоился прочитать заклинания, чтобы стать невидимым. Он был здесь для мирных переговоров, не для войны. Ему необходимо только установить внешность и определить манеру колдовства Белого Адепта. Если ее колдовство не имело отношения к големам и амулетам, то она была не той, которую он искал. Демонический амулет чуть не убил его, когда он впервые проник через Занавес на Фазу. Теперь он был настороже, что касалось амулетов. По меньшей мере это был один из признаков личности Недруга.

Одна странная деталь – женщина, которая расставляла ему ловушки на Протоне, намекнула, что Адепт из Голубого Замка нападает на нее. Почему? Совершенно явно, что его двойник был невиновен. Не в его характере было нападать на другого Адепта без причины, особенно если это была женщина. Похитительница заблуждалась. И все же это беспокоило его, потому что женщина не знала, что ее записывают на пленку; она говорила сама для себя, не для кого‑то.

Он подкатил к ледяной крепости. Наступило время действовать. Стайл пропел заклинание, и костюм его изменился, в мгновение ока стал многоцветным одеянием клоуна.

Адепт средней силы имел все, в чем была потребность. Он мог сотворить себе любую еду, пользуясь магией, построить замок или что‑то другое, но при всем том Адепт должен был жить в одиночестве.

Конечно, Адепты скучали в своих замках, и поэтому многие любили, когда их выбирали судьями на соревнования, подобные Унолимпику. Это давало возможность показать себя на публике и в то же время не нарушить обет. Особенно процветала желтая Колдунья, исполняя обязанности Главного судьи в павильоне Адептов, и все же она меняла свою внешность с помощью тончайших колдовских заклинаний.

Адепты могли с помощью тех же заклинаний устраивать развлечения у себя на дому, но это был всего лишь мираж и не приносил удовлетворения, даже если иной и решался растрачивать магические силы таким бездарным образом.

Итак, Стайл превратился в шута, надеясь, что будет допущен в Белые Владения с не большей, чем обычно, подозрительностью.

Он прыгнул, сделал петлю, перекувырнулся и, крутясь, прошелся колесом. Ему пришлось сделать нарочитое, преднамеренное падение, что пришлось ему не по вкусу, но он был клоун, джокер, дурачок. Он будет шутом до тех пор, пока не распознает Белого Адепта и не откроет природу ее магии.

Он подкатился совсем близко к замку. Катился ровно, спокойно. Ни одного враждебного заклинания не было послано в его сторону. Вокруг замка‑крепости был ров с замерзшей водой – эффектный барьер для конькобежца. Стайл выпрямился. «Хоп! – крикнул он. – Дорогу дурачку!»

Появился стражник. Похоже, это был скромный слуга‑крестьянин, нанятый для услужения в ближайшей деревне.

– Зачем ты пришел сюда?

– Развлечь вас, показать себя.

– Шпион?

– Натурально!

Охранник понизил голос.

– Ты действительно дурачок, если хочешь попасть в Белые Владения. Адепт уже заболел от шуток. Уходи, иначе потеряешь свой дурацкий колпак!

– Благодарю тебя за предупреждение, – кротко сказал Стайл, – но я пришел издалека и хочу выполнить мою миссию.