— Кто-то звонит в дверь! — объявила Луиза, выглядывая сквозь входную дверь.

— Репортёр, — определила Мэри, увидев звонящего.

Рубен бросился наверх. Мэри подумала было, что он вернётся с дробовиком, но потом услышала, как он кричит из окна верхнего этажа:

— Уходите! Этот дом на карантине!

Мэри видела, как репортёр отступил от двери на несколько шагов и поднял голову, глядя на Рубена.

— Я хотел бы задать вам несколько вопросов, доктор Монтего, — крикнул он.

— Уходите! — крикнул Рубен в ответ. — Неандерталец болен, и минздрав наложил на этот дом карантин.

Мэри услышала, как по просёлку приближаются ещё несколько автомобилей; в окнах стали видны красно-жёлтые сполохи мигалок.

— Да ладно, доктор, — не сдавался репортёр. — Всего пара вопросов.

— Я серьёзно, — крикнул Рубен. — У нас здесь инфекционное заболевание.

— Я так понимаю, профессор Воган с вами? — крикнул репортёр. — Она может прокомментировать анализ неандертальской ДНК?

— Да уходите же! Ради Бога, человече, бегите отсюда!

— Профессор Воган, вы здесь? Стэн Тинберген, «Садбери Стар». Я бы хотел…

— Mon dieu! — воскликнула Луиза, указывая на улицу. — У него ружьё!

Мэри посмотрела туда, куда показывала Луиза. Метрах в тридцати от дома действительно кто-то целился в их сторону из длинного ружья. Секундой позже стоящий рядом человек поднял ко рту мегафон:

— Это RCMP, — произнёс его усиленный мегафоном раскатистый голос. — Отойдите от дома.

Тинберген обернулся.

— Это частная собственность! — крикнул он. — Здесь не было совершено преступление, и…

— Если доктор Монтего или профессор Воган ответят на пару вопросов, — сказал Тинберген, — я тут же…

— Последнее предупреждение! — сказал федерал в мегафон. — Мой напарник постарается только ранить вас, но…

Тинберген, по-видимому, очень хотел свою статью.

— Я имею право задать вопросы!

— Пять секунд, — прогремел голос федерала.

Тинберген не сдавался.

— Четыре.

— Общество имеет право знать! — крикнул репортёр.

— Три!

Тинберген снова повернулся к дому, по-видимому, настроенный любой ценой получить хотя бы один ответ.

— Доктор Монтего, — крикнул он, подняв голову к окну верхнего этажа, — насколько опасна эта болезнь?

— Два!

— Я отвечу на все ваши вопросы, — крикнул в ответ Рубен. — Но не вот так вот. Отойдите от дома.

— ОДИН!

Тинберген резко развернулся и поднял руки на уровень плеч.

— Ну хорошо, хорошо! — проворчал он и медленно пошёл прочь от дома.

Не успел репортёр дойти до противоположной стороны улицы, как в доме зазвонил телефон. Мэри подошла к столу и взяла трубку, но Рубен, похоже, уже ответил на звонок с аппарата наверху.

— Доктор Монтего, — произнёс в трубке мужской голос, — это инспектор Мэттьюз, RCMP.

В обычных обстоятельствах Мэри положила бы трубку, но она умирала от любопытства.

— Здравствуйте, инспектор, — ответил голос Рубена.

— Доктор, минздрав попросил нас оказать вам любую помощь, какая потребуется. — Голос инспектора звучал слабо; должно быть, он звонил с сотового телефона. Она вытянула шею, чтобы посмотреть в окно; человек, говоривший в мегафон, теперь действительно стоял возле своей белой машины и держал у уха телефон.