Соединив стройные ноги, Дания уселась напротив, на угол кровати, и вопрошающе посмотрела на подполковника:

- Что я вам должна рассказать?

- Все, - понятно и просто ответил Шагов.

- Сразу так не могу решиться, - сдвинув колени, робко ответила Давлятова. - Вы разрешите выпить мне рюмку спирта?

- Вы еще не арестована, да и ордера у меня нет, поэтому делайте все, что считаете нужным, но только прошу вас - соблюдайте меру, это в ваших интересах.

- Я знаю, - вытаскивая из-под трюмо початую бутылку медицинского спирта, ответила Дания. - Я не алкоголичка, но мне плохо. С того самого дня, как убили Валентина, я пью постоянно. Мне предлагали уколоться, но я вовремя опомнилась и посчитала, что лучше уж так, чем становиться наркоманкой...

- Лично я не вижу никакой разницы, - с сожалением глядя, как красивая девица заглатывает, почти не морщась, спиртягу, заметил Шагов. - Не стоит убивать себя раньше времени, вы еще молоды и, как знать, вполне возможно, что суд вам назначит условный срок. У меня мало времени, и я бы хотел дотемна вернуться домой. Предлагаю построить наш разговор как доверительную беседу, и я буду расценивать ее как чистосердечное признание, о чем не забуду доложить контролирующим меня органам.

- Спасибо, - заедая алкоголь шоколадом, сдавленно ответила Давлятова. Я сейчас...

Все началось в пятницу, двадцать пятого августа. Я работала в вашем городе по продаже автозапчастей. А если говорить проще, то элементарной продавщицей в магазине "ВАЗ+Сервис". Это по Обводной дороге почти в черте города.

Покупателей не было, как вы сами понимаете, таких магазинчиков у нас расплодилось, как карпов в пруду. Я скучала, читая какой-то детектив со странным названием "Смерть убить нельзя". Вторая продавщица, Нина Кутузова, сидела неподалеку и смотрела телевизор.

Парень вошел стремительно и быстро, как человек, у которого мало времени. Наши глаза встретились и не смогли оторваться.

- Я приехал покупать тачку. Меня зовут Валя Иванов. Помоги мне, в вашем городе я никого не знаю. Ты сегодня можешь со мной встретиться? - сразу перешел он на "ты".

- Да, - глупой овцой ответила я. - Мы закрываемся в восемь, и я буду вас ждать.

У меня был любовник, за которым вы, скорее всего, и охотитесь - Толик Пастухов, я всегда его боялась и боюсь до сих пор, но почему-то в тот момент я думала про него меньше всего. А если говорить честно, то он порядком мне надоел.

В назначенное время я вышла из магазина и была приятно удивлена. Валентин Иванов сидел в своей машине - старой, потрепанной "копейке" - и ждал меня.

- Ты чего это? - девочкой задурачилась я. - Делать больше нечего? А ну канай отсюда. Тоже мне, кавалер нашелся! Дуй, чтоб и запаха твоего здесь не было! - заметив подъезжающего Толика, выкрикнула я.

- Как знаешь, телка, - ответил он и резко развернулся. - Жди, я приеду.

Страшась за него, да и за себя, я села в машину Толика.

- Чего он от тебя хотел? - предчувствуя поживу, благожелательно спросил Пастух.

- А то ты не знаешь, что от меня хотят мужики! - равнодушно ответила я, не собираясь подставлять парня под удар.

- А номерки-то у него оренбургские, - обгоняя машину Валентина, заметил он. - Издалека он к тебе ехал. Может быть, объяснишь?

- Объясню, - резко ответила я, чтобы развеять его ревностные подозрения. - Он сюда приехал за машиной и просил меня ему посодействовать. Останови тачку и езжай. Мне еще нужно попасть в парикмахерскую.

- Чтобы сделать на лобке "сэссон", - непристойно сострил Пастух и остановил машину у тумбы возле моей парикмахерской. - Коза ты трепаная, тебя подождать?

- Спасибо, но с таксистом мне будет гораздо приятнее, - выпрыгивая из машины, не осталась я в долгу. - Езжай по своим делам и в ближайшую неделю меня не доставай.

Откуда мне было знать, как оно все обернется?

В парикмахерской я сделала маникюр, успокоилась, и та тревога, что у меня возникла в машине Пастуха, понемногу испарилась.