Маринка была так счастлива, что последние два дня носилась как метеор, успев обежать все магазины для новобрачных, нашла себе белое платье, а жениху темный костюм, и обе обновы весьма недорогие.

— Надо расписываться в новой одежде, в старой нельзя, примета такая, — щебетала она по телефону. — Через три месяца обвенчаемся, я и церковь нашла, с батюшкой говорила. Без венчания тоже нельзя, потому что эта дурацкая роспись ничего не стоит. А церковь — это серьезно, обидишь меня, Бог накажет. Кстати, моя приятельница подписала с мужем контракт, а мы будем?

— Как хочешь, — холодно ответил Денис.

Он тут же обиделся, ибо, по его мнению, контракт подписывают те, кто не доверяет будущим мужьям, заранее считая их обманщиками.

— Я думаю, нам не нужно, — почувствовав его реакцию, сразу вырулила на прежнюю трассу Маринка. — Мы уже хорошо друг друга знаем, и это не про нас.

Она вывалила на него кучу всяких проблем: где праздновать, сколько звать гостей, кто будет на свадьбе с его стороны, потому что со своими гостями уже определилась: их набиралось двадцать восемь человек.

— Откуда столько? — опешил Денис.

От себя он хотел пригласить лишь пятерых: дядю, Турецкого с женой или Ларой, кого он сам захочет взять, и Леху Гаврилова с Анькой-переводчицей, с которой у него снова наладились сюси-пуси и Леха радостно постигал премудрости английского языка. В крайнем случае — семеро, если дядя с Турецким захотят привести Реддвея с Надей.

— Ну а как меньше? — удивилась Маринка. — Одних родственников только восемнадцать человек, наша семья, две тетки и брат по маминой линии с домочадцами, еще шесть человек родственников по отцу, собирается приехать моя двоюродная сестра из Владимира, а их трое. Всего восемнадцать, я уже подсчитала. И десять моих однокурсниц, с работы Иван Иванович, милейший человек. А у тебя сколько?

Денис замолчал. Ему было даже неудобно назвать эту цифру — семь или пять, столь несопоставимой она казалась с числом Маринкиных гостей. Поэтому он сказал, что подумает.

— Все равно надо заказывать зал в кафе или столовой, — прострекотала Маринка.

Божья коровка заползла на рукав сыщика. Она на мгновение застыла, потом раскрыла яркие пятнистые крылышки и неторопливо полетела. Денис долго наблюдал за ее полетом. Свежий воздух, лесной ветерок, запахи, а папоротник вообще считался дурманом, быстро вскружили ему голову, и он закемарил.

Ему приснилось, что на свадьбу собралось человек двести народа, и в этой толпе он потерял Маринку. Ему попадались какие-то другие девушки, тоже в белых платьях, они улыбались и готовы были броситься ему на шею, но он понимал, что все это спланировано заранее, лишь бы расстроить их праздник с Маринкой. Его даже холодный пот прошиб, он вдруг понял, что забрел на чужое торжество, а Маринка где-то совсем в другом месте и уже рвет на себе волосы, понимая, что муж сбежал. Денис хотел закричать, чтобы найти ее, но тотчас проснулся.

Проснулся, услышав звук клаксона подъехавшей машины, и схватился за фотокамеру. Вернулся поджарый охранник с раскосыми глазами. Денис сумел теперь внимательно разглядеть его. Он вышел из машины и стал осматривать переднее колесо. Щелкнув его несколько раз, сыщик затаился, потому что телохранитель точно что-то услышал и посмотрел в сторону леса. Его пронзительный, цепкий взгляд впился в Дениса, и сыщик, точно испугавшись разоблачения, резко отпрянул в сторону, сильно ударившись затылком о ствол ели. На мгновение в глазах потемнело. А когда рассвело, поджарый уже снова садился в машину.

Его волчий взгляд, лицо и фигура показались Грязнову-младшему знакомыми, словно он где-то раньше видел этого охранника.