Передо мной мелькают обрывки воспоминаний. Овальный зал для секретных совещаний… Жесткие, но удобные кресла… Сидящий напротив с хитрой улыбочкой Паук… У него тогда были короткие рыжие волосы и нос в веснушках. Но это только маска, которую он меняет почти для каждой операции – есть у нас (у кого это «у нас»?!) такие секретные разработки, позволяющие без хирургического вмешательства изменять внешность в течение нескольких часов путем специальных инъекций. В отличие от Паука я (кто этот «я»?! Стин? Григ? Брайан?) избегаю пользоваться подобным – во-первых, не терплю химии, а во-вторых, считаю, что искусственно менять свою внешность значит идти против Природы. Но Паук думает иначе. Он обожает быть в самой гуще событий, занимая место кого-то из реально существующих людей, максимально приближенных к объекту разработки. Разумеется, прежде чем занять чужое место, Паук ликвидирует этого человека, который в терминологии самого Паука цинично значится всего лишь как «расходный материал».

Едрит твою налево! А ведь я просто уверен, что главный Игрок – Паук! Я узнаю его почерк. Вернее, не я узнаю, а Стин… тьфу, совсем запутался… Но я убежден – и готов съесть кусок обшивки лайдера, если это не так, – что Паук играет со мной. Больше того, ничуть не сомневаюсь, что он где-то рядом. Наверняка я, в смысле Брайан, отлично знаком с ним, вернее, не с ним, а с тем, под чьей личиной он сейчас прячется. Вот только как же заставить его раскрыться? Как понять, кто из окружающих меня людей – это ОН?!

– Брайан, ты чего молчишь? – врывается в мои смутные мысли голос Билла.

– А? Извините, задумался. Что вы сказали?

– Что не стоит пороть горячку. И вообще, утро вечера мудренее. Нужно хорошенько выспаться, а потом все проанализировать еще раз.

– Да, конечно, Билл. До завтра.

Двери лифта закрываются, Билл уезжает вниз, а я сажусь прямо на пол возле стены, закрываю глаза и продолжаю размышлять.

Итак, сведем все мои галлюцинации воедино. В них я был не только Стином и Григом, но и маленькой девочкой Агишей. Потом эта девочка выросла, встретилась с Григом на празднике Растущей Луны, стала его женой, а затем погибла. Исток связал Грига и Агишу, «дал им общую душу», и ее воспоминание могло достаться мне опосредованно – через память Грига.

Дальше – Стин. После школы он вступил во Внешний Патруль, а Григ стал учиться в Горной Академии, но потом Григ перешел работать в некий Центр и повстречался там со Стином. Затем Григ получил известие о смерти Агиши и что-то случилось с планетой маоли. Кстати, интересно, Агиша погибла вместе с другими жителями во время катастрофы или как-то иначе?

Ладно, поехали дальше. Григ со Стином попали в армию, только Григ стал штурмовиком, а Стин… да, теперь я точно «вспомнил», кем стал Стин – сотрудником стратегической разведки, ведущим специалистом отдела тактических разработок. А Паук, соответственно, его коллега и соперник.

Григ и Стин не виделись больше пятнадцати лет, а потом Стин эффектно появился перед Григом, когда тот с остатками своего отряда загибался на крошечной планетке-спутнике под ударами пиратской крепости. Стин вытащил Грига в самый последний момент и сказал, что им надо срочно поговорить.

Потом Григ со своими парнями предпринял налет на некую военную базу, в центре которой в подземном бункере хранились какие-то сведения. Стин под именем «мистера Смита» шел с отрядом Грига. Стин скачал с компьютера из бункера какую-то информацию на допотопный накопитель, а затем Григ и Стин «поменялись душами». Что бы это могло означать? Я пока не знаю. И вообще, дальше в моих галлюцинациях обрыв. Есть еще два куска, когда Григ и остатки его отряда сражались за лайдер среди белых, как снег, песков.