— Интересная новость, — сказала Тула. — Хорошо, тогда я могу сообщить вам, что Тенгель Добрый ввел в обиход понятие «избранный», и ему удалось обратить многих отмеченных проклятием в людей добрых сердцем. И наши отмеченные проклятием предки, которым мы весьма благодарны, смогли добиться многочисленности детей в роду. Пример тому Ветле Вольден, которому оказали неоценимую помощь черные ангелы. Ветле, по правде говоря, поступил мужественно, обретя такое большое потомство. Честь ему и хвала.

Ветле без особого энтузиазма отнесся к вниманию, проявленному к нему со стороны собравшихся в зале.

— Благодарю тебя, Скрюм, за рассказ, — завершила Тула. — Мы с радостью и удовольствием позднее еще раз послушаем тебя. А сейчас вернемся к Таргенуру. Молва о нем, похоже, умерла вместе со смертью Суннивы-старшей. Беспечность Тенгеля Доброго привела к тому, что он забыл все, что слышал о легендарном Таргенуре.

— Признаю свои ошибки, — извиняясь, произнес Тенгель Добрый. — Но если бы я и вспомнил одно лишь имя, это не очень бы нам помогло.

— Да, ты прав! Итак, начнем с очень важной эпохи — со времени, когда жил сам Тенгель Злой. Для начала отправимся мысленно в долину Людей Льда. К таран-гайцам вернемся позднее. К сожалению, я не знаю имен тех, кто жил в забытой Богом норвежской долине во времена Тенгеля Злого, но все они принадлежали к роду Людей Льда, и являются его потомками. Поэтому нам следует начать с его детей, не так ли?

В зале поднялся мужчина, прибывший на встречу из древнейших времен, из эпохи язычников.

— В долине у него родился только один сын, — сообщило это туманное создание. — И он был доволен им. Сынок этот был страшно свиреп и больше походил на зверя, чем на человека. Звали его Гиль. Это имя вам стоит запомнить. А я сын Гиля. Зовут меня Крестьерн. Моя бедная мать хотела, чтобы у меня было христианское имя, а не такое, какое дают детям в великой, восточной тундре, похожее на Гиля Свирепого.

Габриэл видел, как Андре лихорадочно записывает. Он был уверен, что Высший Совет также записывал эти имена, особенно имя опасного Гиля.

— Кто была твоя мать? — спросила Тула Крестьерна.

— Женщина, которую Гиль нашел в деревне поблизости и увел с собой в долину. Она прожила недолго.

— Хорошо, Крестьерн, значит, ты самый старый представитель норвежского клана. Высший Совет просит тебя подняться на подиум. Добро пожаловать!

«Итак, мы начали разматывать загадочный клубок нашего рода», — подумал Габриэл и сделал глоток божественно чудесного освежающего напитка. Сейчас он чувствовал себя как дома. Время от времени он даже осмеливался съедать по небольшому куску с тарелки, а приставленное к нему лошадеподобное существо тут же подливало ему в бокал. Сейчас они уже стали добрыми друзьями.

Крестьерн стоял на подиуме. Он так давно жил на земле, что был похож на существо, сотканное из прозрачного тумана. В его внешности отчетливо проглядывали монгольские черты. Он был довольно высоким, но больше походил на таран-гайца, чем на норвежца.

Он начал говорить осторожно:

— Уже было сказано, что я родился точно в 1200-м году.

— В 1200-м? — вскочив с места, переспросил Андре. — Но Тенгель Злой был зачат первого марта 1085 года и родился первого декабря того же года. В 1120 году, когда ему стукнуло тридцать четыре, он был у источников Таран-гая.