«Что я наделал, — подумал Таргенур. — Выполняя поручения Тенгеля, зло надсмеялся над матерью и оставил Людей Льда в долине решать самим свою судьбу».

Но ведь он верил, что так лучше всего послужит он миру. Теперь же у него появилась возможность погрузить Тенгеля Злого в сон, а будить его он и не думает. Никогда. Впрочем, он и не может сделать этого. Нет у него такой флейты.

В ожидании прихода Тенгеля Злого Таргенур расспрашивал людей о пещерах или гротах, расположенных поблизости.

— Да, да, в лесах Гарца они кое-где встречаются.

— Глубокие?

— Не особенно.

Это звучало не очень уверенно.

Сейчас Таргенур был полон энтузиазма. Он снова стал самим собой, и перед ним стояла задача, которую он был обязан решить по-настоящему. Только бы ему удалось скрыть свое превращение от Тенгеля Злого! Он должен играть роль пресмыкающегося лакея, оставаться таким, каким был в течение всей их поездки.

Наконец появился Тенгель Злой. Он обычно разговаривал с Таргенуром особым способом, голосом, который словно проникал тому в голову. Таргенур к своему ужасу заметил, что его восприятие существенно ослабло после того, как Крысолов освободил его от рабства. Но все же он довольно ясно улавливал сигналы. Достаточно ясно для того, чтобы ответы были правильны.

— Ну? — требовательно прозвучал вкрадчивый голос. — Нашел Крысолова?

— Да, господин, я встретился с ним. Но он ушел отсюда. Спешил в другую страну помочь людям освободиться от саранчи.

Тенгель Злой подозрительно уставился на Таргенура, но тот выдержал пристальный взгляд. Он надеялся, что вид у него был верноподданным и покорным. О, как он ненавидел эту старую падаль! Но он должен был во чтобы то ни стало скрывать свои чувства. Он даже пытался внушить себе, что восхищается этой скотиной, только бы Тенгель не смог раскусить его.

— Ладно. Что сказал Крысолов? — прошипело ненавистное существо. — Флейту ты раздобыл?

На это Таргенур с чистой совестью мог ответить положительно. Он показал маленькую флейту. Тенгель Злой вырвал инструмент из его рук и стал крутить ее, рассматривая со всех сторон. Он был, видимо, удовлетворен, и Таргенур получил флейту обратно. Его чуть не стошнило, когда ему пришлось взять в руки вещь, до которой дотрагивался тот, другой, но он изобразил на лице улыбку. Он сознавал, что это малодушие, но в то же время понимал, что это необходимо, если он намерен выполнить свой план.

Они находились в окружении покинутых жителями домов неподалеку от Хамельна, где, как они считали, никто их не увидит. Но совершенно неожиданно перед ними появились два молодых человека, остановились как вкопанные и в ужасе уставились на Тенгеля Злого. Тот фыркнул и махнул рукой в их направлении. Оба тут же свалились на землю. В их остекленевших мертвых глазах сохранился ужас.

— Такого сброда еще слишком много, — равнодушно произнес Тенгель.

Таргенур должен был собрать всю силу воли, чтобы не показать замешательство, скорбь и отвращение. Он глупо и восхищенно ухмыльнулся, но Тенгель Злой посмотрел на него с подозрением.

— Мне не нравятся колебания, доходящие до меня, — произнес он со скрытой угрозой.

— Я был поражен Вашей силой. Она привела меня в замешательство, мой господин, — льстиво произнес Таргенур и почувствовал себя настоящим плутом. — Должен признаться, что я испугался. За себя. Вдруг не смогу выполнить какое-либо Ваше желание?

— Ты обязан делать все, что прикажу, — пробурчал Тенгель Злой и повернулся к нему спиной.

Обычный человек никогда не смог бы выдержать пронзительного взгляда Тенгеля. Но Таргенур был не просто одним из многих.