– Вот как? Вашингтон? – попытался угадать я. – Антверпен? Или вообще Стамбул, или?..

– Нет. Все мимо. – Павел с явным удовольствием наблюдал за моими потугами, но тянуть кота за хвост все-таки не стал. – Ватикан. В роли миротворца решил выступить сам Папа Римский. Жозеф тут же согласился, и я тоже. Подтверждения от Георга пока еще нет, но теперь старикашка никуда не денется. Его святейшеству не отказывают – будь ты хоть сто раз протестантом.

– Разумно, – кивнул я. – Пожалуй, в Ватикане у вас может даже получиться…

– И это еще не все новости, княже. Папа предложил нам место встречи – но не горит желанием участвовать лично. Что, опять-таки, вполне объяснимо. – Павел сделал мгнозначительную паузу. – В конце концов, чем бы ни закончились переговоры, кто-то из монархов непременно окажется недовольным результатом… И, вероятно, рано или поздно станет винить в этом СВятой Престол и лично понтифика.

– Нельзя угодить всем, – отозвался я.

– Верно. Но кое-кому придется попробовать. В сущности, на роль председателя на грядущих переговорах есть всего одна кандидатура. Весьма сомнительная, как ты можешь догадаться – и все же та, что в конечном итоге устроила и меня, и Георга, и Жозефа… Да и принцесса Анна едва ли станет возражать. – Павел хитро улыбнулся. – В конце концов, этот человек не только лично знаком с большинством участников встречи, но и оказывал чуть ли не каждому немалые услуги. И пусть он еще молод и едва ли обладает нужным опытом – его происхождение и таланты вполне позволяют…

– Нет, – простонал я. – Ты же не хочешь сказать?..

– Увы, княже. Увы. – Павел со вздохом похлопал меня по плечу. – Так что – крепись.

Глава 15

– Знаешь, почему мы носим эти знаки на одежде?

– Черные черепа? Они… они страшные.

– Может быть. Это особый знак. Его использовали…

– Давно? Еще до войны?

Давно же я не слышал этого. Месяц, полтора… Может, даже больше. Странные видения то ли из прошлого, то ли вообще из какого-то другого, неведомого и мертвого мира, видимо, просто не могли меня догнать. Слишком быстро я перемещался туда-сюда по ставшему вдруг тесным и крохотным земному шарик. Но стоило вернуться в Европу – и они тут ж снова оказались тут как тут.

Будто только меня и ждали.

То ли таинственная сила, чьими стараниями я очнулся летом прошлого года после страшной аварии, вдруг решила о себе напомнить – то ли просто настало время. Иногда в этих снах я видел что-то новое… точнее, хорошо забытое старое – и вспоминал еще кусочек о том, кем был раньше.

Впрочем, на этот раз все оказалось немного иначе. Обернувшись, я не увидел девчонку с небесно-голубыми глазами. От нее не осталось даже узкого следа на пыли дивана… да и самого дивана не было. Этот сон повторялся полтора года. И не то, чтобы я запомнил все детали – как раз они-то все время норовили спрятаться, расползтись тонкой пленкой небытия, обнажая суть – то самое, что я сам стремился разглядеть.

Или – что мне хотели показать.

Но теперь даже комната вокруг изменилась. Нет, пустые оконные рамы, неровная кромка обломанной стены и сердито-желтое небо вместо потолка никуда не делись – зато исчезла грязь, куски почерневшего камня и осколки на полу. Да и сам пол будто выцвел и как-то странно упростился – ни материала, из которого его когда-то сделали, ни текстуры, ни шероховатостей, ни даже следов времени. Поверхность под ногами как-то странно упростилась, выродившись в плоскую абстракцию.