И за нами снова гнались — на этот раз на колесах. На хайвее мотоциклы едва ли смогли бы тягаться с двигателями в пару сотен лошадиных сил, но здесь, на узких улочках старых кварталов Вашингтона, нам не было равных. Мы промчались где-то с четверть мили по асфальту и снова свернули в узкий проезд. Я не выбирал дорогу. Скорее просто чувствовал, где можно проехать только на двухколесной машине — и не угодить в глухой тупик. Но по задворкам приходилось буквально продираться. Я ехал первым, расчищая дорогу силой Дара. Кое-где без магии пришлось бы туго: мусорные баки, дурацкие перегородки, какие-то ящики и даже невесть откуда взявшиеся кусты или почтовые ящики так и норовили прыгнуть под колесо, и я то и дело расшвыривал их в стороны, тратя жалкие остатки резерва.

И все же мы прорывались, уходя все дальше и дальше. Когда я в очередной раз выехал на дорогу, Гризли с Нелли обогнали меня и, сердито рявкнув моторами, улетели вдаль по улице. Еще трое из банды повернули налево, а пятеро — прямо, в очередной узкий проезд между домами. Я успел заметить, как за ними следом помчалась черная машина. Она выглядела помятой, потеряла правое зеркало и скребла по асфальту наполовину оторванным бампером, высекая искры — но все равно упрямо ломанулась в переулок.

Впрочем, я куда больше опасался тех умников, что берегли технику и мчались в объезд. Не успел я догнать своих, как в треснувшем круглом зеркальце на руле снова замелькали фары. Сначала далеко, чуть ли не в целом квартале — однако с каждым мгновением они становились все ближе и ближе. Я выжимал из двухцилиндрового “панхеда” все, что мог, но и у федералов под капотами скрывались не детские игрушки.

А в салоне наверняка хватало и стрелков, и патронов.

— Уходи с дороги! — заорал Гризли, оборачиваясь. — Этих беру на себя!

Я не стал спорить — в конце концов, именно таким и был мой план с самого начала. Когда сзади загрохотало, и в воздухе засвистели пули, я сбросил скорость и, вывернув руль, нырнул в переулок — а Гризли и Нелли помчались дальше, чтобы разделиться на следующем перекрестке. Не знаю, сколько машин отрядили федералы на эту погоню — вряд ли достаточно, чтобы охотиться за дюжиной байков на городских улицах.

И вряд ли кто-то успел догадаться, на каком именно выскользнул из ловушки господин президент.

Я протиснулся через проезд, на всякий случай специально выбирая самые темные и самые узкие закоулки, которые только попадались на пути. На мгновение даже появилась мысль заглушить мотор, отсидеться где-нибудь на чердаке, а потом разжиться машиной — но я отогнал ее прочь. Если у заговорщиков хватило сил разнести Белый дом и фактически захватить Вашингтон — наверняка им не составит особого труда прочесать каждый метр в нескольких кварталах.

Я еще немного попетлял по задворкам, выбрался обратно на дорогу и покатился дальше уже не спеша, стараясь не грохотать выхлопом на весь квартал. Впрочем, шума можно было уже не бояться: суета и погоня остались позади, но город не спал — и спать, похоже, даже не собирался. Где-то ближе к центру завывали сирены и еще слышались выстрелы, да и вокруг было не слишком-то спокойно. По соседней улице куда-то пронеслась машина с мигалками, и следом за ней — еще две. Местные стражи правопорядка еще получали приказы… от кого-то. А может, просто продолжали делать свою работу — как умели.

Я не собирался попадаться на глаза — ни им, ни федералам, ни воякам, ни кому-либо еще.