И он сделал шаг в сторону, чтобы пропустить вперед Сэйбл. В гостиной, где она оказалась, центральное место занимал камин с облицовкой из отполированного до блеска делфтского кафеля. Сэйбл почувствовала облегчение, когда наконец увидела хоть какой-то беспорядок – разбросанные книги и рукоделие на дамасской софе. В углу гостиной кто-то шевельнулся. Сэйбл повернула голову и увидела молодую женщину, которая грациозно поднялась с кресла.

Бриджит Блер было чуть больше двадцати – симпатичная женщина с темно-каштановыми волосами и широко расставленными серыми глазами. На кончике носа красовались очки, и было ясно, что Сэйбл оторвала девушку от книги.

– Да? – вежливо спросила она, и Сэйбл поспешила объясниться.

– Простите, мисс Блер, что я нарушаю ваш покой, но я приехала из Корнуолла расспросить вас об этом доме.

На лице Бриджит появилась сердечная улыбка.

– Конечно. Вы не присядете? – И, нетерпеливо подтолкнув локтем брата, добавила: – Раймонд, сходи-ка побыстрее и попроси Бетти приготовить нам чаю!

– Я не хочу доставлять вам беспокойство, – начала Сэйбл, но Бриджит подняла руку, делая знак, чтобы гостья не возражала.

– Прошу вас, вы не доставляете никакого беспокойства! Нас так редко здесь посещают, и уж вовсе никто не проявлял интереса к истории Эмблинг-Кросс. А теперь, прошу вас, – учтиво повторила она, – присядьте. У вас утомленный вид, а сегодня необычайно жарко. Вы приехали одна?

Сэйбл кивнула и устроилась в кресле, указанном Бриджит.

– Я оставила экипаж на дороге.

– Неужели вы шли сюда пешком! – воскликнула Бриджит.

– Я не была уверена, что меня примут, и решила, что так будет лучше. Мне не хотелось показаться нахальной, – сказала Сэйбл, отдававшая себе отчет в том, что неприлично являться в гости без приглашения, в особенности если вас не знают.

– Пожалуй, дедушка мог бы так подумать, – согласилась Бриджит, – но сейчас его нет. Мы с Раймондом одни. Ах, Бетти, благодарю вас! – добавила она, когда в комнату с подносом в руках вошла женщина в белом фартуке и накрахмаленной шапочке. Сэйбл наблюдала, как Бриджит грациозными движениями разливала чай, и, благодарно кивнув, взяла чашку. – Что привело вас в Эмблинг-Кросс? – спросила Бриджит, откидываясь на подушки. Она с любопытством рассматривала Сэйбл поверх очков. Какая прелестная молодая женщина, думала она про себя, и тем не менее у нее ужасно озабоченный вид. – Так вы сказали, что хотите о чем-то меня спросить?

Сэйбл кивнула, довольная, что, по-видимому, ее появление не очень удивило Бриджит Блер.

– Мне почти нечего сказать, – продолжала Бриджит. – Мы с Раймондом живем здесь чуть больше полугода. Отец умер в прошлом году, и нам больше некуда было ехать. Дедушка был настолько добр, что взял нас к себе.

Задумчивое выражение лица придало ей какую-то особую миловидность, когда она заговорила о своем отце, и Сэйбл почувствовала, что ее влечет к этой мягкой, любящей книги молодой женщине и ее сорванцу братцу. Было очевидно, что этот мрачный старый дом совсем не то, что им нужно! Она старалась не сравнивать чопорную атмосферу, царившую в Эмблинг-Кросс, с атмосферой сердечности и радости Нортхэда. Это было бы несправедливо по отношению к Бриджит и Раймонду Блер, и, кроме того, мысль о родных лишь ослабляла ее решимость.

– В действительности я интересуюсь не историей этого дома, – продолжала Сэйбл, помешивая ложечкой чай. – Меня интересует человек, который был здесь хозяином до того, как ваш дедушка купил его. Имя этого человека – сэр Морган Кэри. Вам не приходилось слышать о нем?

В серых глазах Бриджит мелькнули живые искорки.