– Не понял! – пробасил сержант. – Это что за демонстративное неуважение к сотрудникам органов?

Рита захихикала. Заметив, что сотрудник дорожной инспекции побагровел, Федор поспешил выйти из машины.

– Понимаете в чем чело… – начал было он, но сержант грубо перебил его:

– Слышь, мужик, бабу то свою урезонь! Ей что, тебя не хватает…

Обалдуйчик осекся, разглядев довольно внушительные габариты хозяина джипа.

– Это вовсе не баба, – возмутился Федор. – И мы вовсе не хотели оскорблять сотрудника органов.

– Он лучший друг человека, как собака! – снова зазвенел голосок из машины.

– Ну, ваще, блин, вы что же себе такое позволяете?! – возмутился сержант. Теперь он напоминал переспелый помидор, от возмущения щеки его раздулись и покраснели. По всему было заметно, что постовой с удовольствием надавал бы обидчикам тумаков, но его сдерживало и то, что он, Обалдуйчик, был все же при исполнении, и внушительные габариты Федора.

– Да нет же! Он вовсе не хотел вас обидеть… – снова попытался все объяснить Архипов.

– Он? – сверх меры удивился сержант.

– Ну да, он сам не понимает, что несет! Болтливый до жути!

На лице постового отразилась мучительная умственная деятельность. «Это не баба, он не хотел вас обидеть», – крутилось в мозгу бедного Обалдуйчика.

– Так вы эти… геи! – неожиданно заявил он. – И как я сразу не понял! То то лицо у водилы такое странное.

Настала очередь удивляться Федору. Зато Рита развеселилась не на шутку, она уже вовсю заливалась, почему то совершенно не женским смехом, видимо, чтобы окончательно довести до ручки и сержанта, и своего мужа.

– Понимаете, тут вот в чем дело, – подойдя к сержанту со смешной фамилией, Федя в третий раз попытался ввести сотрудника дорожной инспекции в курс дела.

– Мужчина, держите дистанцию, я не из таких, не из ваших! – пробасил тот и сделал пару шагов назад.

– Мы с друзьями едем на море, – Федор все еще не терял надежды, что странный сержант поймет его.

– Так вас целая компания? – совсем опечалился Обалдуйчик.

– Конечно, вот, видите, чуть подальше притормозил точно такой же джип, как у нас, только другого цвета, – пустился в объяснения Федор.

– Проезжайте, мужчины, или как вас там! Давайте, давайте, не задерживайте!

– А как же багажник, вы же собирались посмотреть? – изумился Федя. – Хотя у нас все в порядке, и аптечка имеется, и огнетушитель, и запаска, и страховка, все чин по чину.

– Говорю, вали отсюда! – рявкнул Обалдуйчик и отвернулся.

Растерянный Федор сел в машину, а его жена, все еще заливаясь смехом, лихо рванула с места.

Сержант связался по рации со следующим постом.

– Слышь, Колян, сейчас через ваш пост проезжать два джипа будут, номерки запиши. Да нет, не тормози, там геи на пикник едут. Я понимаю, что не невидаль, но эти просто оборзевшие! Представляешь, я попросил их багажник открыть, так они мне раздеться предложили. Так и сказал один, бабу который играет, говорит, форму сначала сними! Вот беспредел, уже к инспекторам приставать стали. А тот, который за рулем был, прямо натуральная баба, я поначалу и не различил! А второй, здоровенный, точно лось, все бочком ко мне подходит, ручонки шаловливые протягивает, еще уезжать не хотел, когда я их отпустил! Хорош ржать, приглянулся! Хочешь, сам останови, думаю, ты тоже им приглянешься!

Обиженный Обалдуйчик спрятал рацию в нагрудный карман. «Хотя, откровенно говоря, ты, Колян, такой козел, что даже этим не приглянешься», – ехидно подумал он.

– Странный какой то этот сержант, – рассуждал Федя Архипов, – сначала к багажнику привязался, а потом чуть ли ни взашей вытолкал!

– А ты тоже хорош! Научись четко излагать свои мысли, тогда люди тебя понимать будут.