Возможно потому, что она сразу дала понять, что не будет таить и расскажет всё что знала, а возможно по какой-либо другой причине. И вот, после пяти дней пребывания, Валерии просто и без затей подписали пропуск на выход, уверив в том, что никаких претензий к ней Советское государство не имеет.

Даже её ЗИМ стоял у подъезда, в ожидании пассажирки.

Женщина села на мягкое кресло, посидела в молчании приходя в себя, затем достала из бокового кармашка зеркальце, и внимательно посмотрела на себя покрутив головой, и поняв, что без макияжа и ванной, никуда сегодня не поедет, откинулась на спинку.

— Слава, домой.

В целом, органы безопасности сработали быстро и чисто. Может тому виной только что прогремевшие покушения на первых лиц страны, а возможно обострение на Советско- Польской границе с Рейхом, но тянуть и делать картинку на пустом месте никто не стал. Десяток энергетиков, обвинённых в создании внутри ордена антисоветской организации уехали строить Байкало-Амурскую магистраль, ещё десяток за недостаток бдительности отправился в регионы поднимать народное хозяйство, но в целом, для организации в пять миллионов членов, это были крайне несущественные потери. Даже занятия в Академии не прерывались ни на день. Но Иосиф Сталин, которого молодёжь буквально боготворила несколько раз встречался с преподавателями и студентами, объясняя и доказывая правоту органов правопорядка. И возможно, что какая-то партизанщина сохранилась бы, но мягкий приговор, и отсутствие карательных мер по отношению к руководству Ордена, сбили и эту волну.

Поэтому явление в Академии Валерии Говоровой, сияющей красотой и женственностью, было воспринято как нечто само собой разумеющееся. Она прошла по кабинетам вроде бы с незначительными делами, но более всего это было похоже на то, как командир ободряет подразделения на переправе, хотя бы своим собранным и подтянутым видом.

Но было у неё ещё одно дело. Войдя в кабинет, она сняла трубку прямого телефона, и набрала номер.

— Секретариат Александра Мечникова. Иванова слушает.

— Ого! Уже целый секретариат. — Усмехнулась советник. — Соедините с Александром Леонидовичем.

— Как доложить?

— Боевой Советник Ордена Говорова. — Сквозь зубы произнесла Валерия.

— Ожидайте.

«Да что там у него чёрт возьми происходит!» — Подумала Советник, и телефонная трубка в её руке начла дымиться и пахнуть.

К счастью аппараты у орденских начальников были сделаны из термопрочного металла, а все провода в асбестовой изоляции, так что даже нагревшись, телефон продолжал работать.

— Валерия Николаевна. — Раздался в трубке знакомый голос. — Рад вас слышать. Как хорошо, что вы в Москве, а не в районе Байкала.

— Ты всё-таки засранец, Мечников.

— Ещё какой! — Александр рассмеялся. — Кстати обо мне красивом и привлекательном. Не хотите провести для меня экскурсию по вашим лабораториям? ПО ВСЕМ ЛАБОРАТОРИЯМ.

— По всем, даже у меня допуска нет. — Чуть смутилась Советник.

— Самое время поправить ситуацию, не находите?

«А ведь это отличная мысль» — Подумала Говорова, глядя на диск аппарата.

— Завтра? — Спросила она.

— Часов около десяти. — Уточнил Мечников. — А после я угощу вас обедом в ресторане Тбилиси. Их шеф-повар обещал мне нечто совершенно удивительное.

Валерия уже давно повесила трубку, но продолжала сидеть глядя куда-то в пустоту, и лишь одна мысль продолжала крутиться в голове. «Ему только семнадцать лет».