— Ты такой пессимист! — воскликнула Дарья. — Может, всё от чистого стального сердца!

— Ну, в каком-то роде задание нам выдали, — заметил я и встретил недовольный взгляд. — Неужели тебя так легко купили кораблём?

Теперь она глаза закатила.

— Нет. Но давай побудем оптимистами, а?.. Эрик, это же всё ещё… мой корабль?

— Если не нужен, можешь отдать, — пожал я плечами. Дарья немедленно замахала руками и засмеялась. Разве что язык не показала, настолько она довольная.

М-да, ладно, она ещё не протрезвела. Или просто снесло «крышу» от открывшихся перспектив. И я не хотел портить ей настроение напоминанием, что нет неуязвимых.

Но посмотреть было на что. Начнём с утилитарных защитных систем — покрытие волновыми излучателями теперь сплошное. Разумеется, это не означает что расходящаяся волна достаточно плотная для стопроцентного уничтожения малых ракет, пока не рассеялась. Если кто-то подлетит к кораблю вплотную, то мёртвых секторов полно.

Человеческую систему щитов починили и усилили, взяв излучатели из нашего запаса или с Закона Воздаяния. И добавили пару новых. Линкор производства Атланта сначала подорвали в корму ядерной ракетой, а потом детонировал реактор. Но на мелкие куски корабль не разорвало. Особенно в носовой части уцелело много модулей: слои брони прикрыли их от внутренних взрывов. Собственно, линкор проектировали так, чтобы при детонации реактора направить плазму в космос и погасить ударную волну, повышая шанс выживания экипажа — особенно командного состава.

Реакторы взорвали прежде всего, чтобы не отдать корабли нам.

Кроме родных щитов, установили больше дублирующих систем Старших, работающих в режиме двухпоточника, существенно увеличив зону эффективного покрытия. Раньше у нас в основном были прикрыты нос и корма. Теперь же они неплохо защищали и средние секции. Причём Руми их настроила для лучшей проницаемости изнутри: ведь пропала часть автоматических ограничений на стрельбу орудиями сквозь них.

У модулей Анбидденов вовсе были свои полнофункциональные локальные барьеры, создающие свои частичные купола уже под нашими. Синхронизировать их работу с человеческими, видимо, не вышло. Однако, чтобы создавать сплошной пузырь сегментного человеческого щита, Руми на чужой корпус приделала наши излучатели и присоединила к основным системам.

— Анна, что думаешь о щитах, — спросил я.

— А?.. Щитах? Извини, я всё пушки рассматривала! Давай постреляем!

— Обязательно постреляем… но немного позже, — я приобнял её.

— Щиты нужно доделывать, — подала голос Вероника и с характерным звуком затянулась из пластиковой соломинки. — А мне лечить нервы. Хочу Сварога Н-12, в меньшем боюсь ходить… там.

Я покопался сначала в собственной памяти, а потом базе данных.

— А… малый инженерный мех для ремонта в опасных условиях. Добудем. А что с щитами?

Вероника с довольной улыбкой покопалась в панели, выведя анализ зон покрытия щита.

— Сегменты там чуть ли не вдвое слабее, чем в основной части корабля. Установлена пара вспомогательных ядер систем щита, но этого мало на такую площадь. Видимо, не хватило работающих модулей. Хотя, чтобы не включать без надобности технику Анбидденов, достаточно. Случайно врезавшийся объект или прилетевший откуда-то издалека рельсовый снаряд сразу не пробьёт. Но улучшение —дело техники. Главное, что всё настроено.

— Это круто, но гляньте на пушку! — напомнила Анна. — Даш, давай кинем монетку, кто первый выстрелит.

— Ты говоришь с капитаном. Это буду я, — улыбнулась рыжая. — Думаю, если бы нам желали смерти прямо сейчас, то просто бы убили без всяких переговоров. Чуть позже попробуем.

Я согласно кивнул, проверить системы и правда нужно: мало ли что в космосе встретим.