Гизела хихикала, шутила и чуть не полчаса примеряла мистеру Гауку перчатки. Антония видела в зеркале, что инженер из «Национальной нефти» во время примерки позволял себе всевозможные вольности с Гизелой, и та только смеялась, вот срамница! Антонии, которая сидела за кассой и видела всё это, трудно было оставаться внимательной к покупателям. А ведь касса — не шутите — сердце каждого торгового предприятия! Антония была возмущена поведением Гизелы. До чего бысстыдно она кокетничала! Как только в магазин входил мужчина, она сейчас же делала ему глазки. Никого не стесняясь, даже служащих магазина! Антония несколько дней не разговаривала с сестрой. Она была в дурном настроении, презирала Гизелу. Или, может быть, это только зависть? Может быть, Гизела права? Антония размышляла несколько дней и в конце концов пришла к убеждению, что Гизела права, разумеется, права! Ах, и она, Антония, тоже вовсе не собирается принести свою молодость в жертву предприятию отца. Вовсе не собирается! Ее положение, если вникнуть, тоже ужасно. Она была замужем, но муж удрал от нее. Она не может даже развестись, сказали ей в суде, так как завтра может явиться муж. И только тогда она сможет подать прошение о разводе. И это называется законы! Но законы законами, а она вовсе не намерена губить понапрасну лучшие свои годы!

Нравы города Анатоля в корне изменились. Это было ясно и слепому. Загляните в книжную лавку Михеля в переулке Ратуши. Разве каких-нибудь полгода назад можно было увидеть там что-либо подобное: «Гигиена брака», «Проституция», «Женщина», «Меры для предупреждения зачатия». А какие открытки и фотографии! Антония сперва не осмеливалась даже останавливаться перед витриной. Но молоденькие девушки преспокойно подходили и внимательно разглядывали книги и фотографии. Эти девушки приходили часто и в магазин Роткеля. Они покупали шляпы, парижские ботинки, шелковые чулки и тратили уйму денег. Антония знала, что их родители — люди со скромным достатком: чиновники, учителя, мелкие торговцы. Но у девушек были деньги. Очевидно, в городе было много-много денег! Откуда же всё-таки эти девицы берут деньги? Иногда они приходили в магазин в сопровождении приезжих господ и выбирали себе то одно, то другое.

Разумеется, все теперь живут здесь не так, как раньше. Только она такая дурочка! Недавно открылся зал для танцев в «Рюсси». Там, говорят, веселятся вовсю. Ютка уже побывала там. Неужели она, Антония, должна коротать свою юность здесь, у этой кассы? Нет, она еще не сошла с ума! А кроме того, Ютка рассказала ей, что теперь совсем не так страшно, если что-нибудь и случится. У доктора Воссидло теперь своя клиника, там всё по последнему слову медицины, оборудование привезено из Германии. Берта Воссидло, ничуть не стесняясь, сказала Ютке: «Это стоит двести крон, а при некоторых условиях даже меньше».

Воссидло совсем не такой, как прежние врачи. Те были просто чиновники.

Нет, у Антонии нет ни малейшего желания закиснуть в этом магазине. Жаль каждого дня. С улыбкой ходила она по магазину. Она опять стала разговаривать с Гизелой. Ах, поскорее бы весна!

— Идите правее, Соня! Осторожно, здесь трубы!

Жак каждую минуту предостерегал Соню. Он знает здесь каждый шаг. Соня выбрала для осмотра нефтепромыслов очень плохой день. Вчера еще дороги были прихвачены морозом.

— Это ничего, Жак, ведь я в галошах, — смеялась Соня. Жак ведет ее за руку по скользким дощатым мосткам.

Иногда поддерживает ее, обнимая за талию, чтобы она не поскользнулась. Повсюду проложены трубы, берегись! На земле, над землей трубы толщиной в руку, а между ними тянется кабель.