Мирам открыла дверь, когда Хет еще только начал возиться со щеколдой, и сказала:

— Ну наконец-то! Мы тут все переволновались!

— С чего бы это?

— А потому что носишься как угорелый по кварталу заклинателей духов, да еще по ночам!.. — ответил голос Нетты откуда-то из самой глубины тесной комнаты. — Погоди, лампу зажгу.

— Только одну, — предупредила ее Мирам, закрывая за Хетом и Илин дверь. — А то опять все соседи набегут.

В крошечной комнате огонек расцвел, как цветок, в глиняном горшочке масляной лампы. Нетта поставила ее на полку; в тусклом свете она и Мирам с удивлением уставились на Илин, которая неуверенно жалась у двери.

— Это Илин, это Мирам, это Нетта, — сказал Хет. — От ужина что-нибудь осталось?

— Привет, — смущенно сказала Илин.

Обе женщины кивнули в знак приветствия и обменялись взглядами, в которых содержался невероятно богатый запас информации. Мирам ответила:

— Есть немного хлеба. Сагай ждет тебя на крыше. Я принесу туда.

— Пошли наверх, — сказал Хет Илин, указав ей на узенькую лестницу, которая вела в верхнюю комнату, и на стремянку, приставленную к люку в потолке. — Не наступи на Либру и Сенасе. — Уличные акробаты спали у самой стены, свернувшись калачиком, точно маленькие дети.

Илин осторожно переступила через них и стала подниматься по лестнице, держась одной рукой за обмазанную глиной стену, чтобы не упасть.

Прежде чем Хет успел за ней последовать, Мирам ухватила его за полу и дернула, чуть не задушив. Он ухватился за угол стола, чтобы не потерять равновесие, и чуть было не наступил на Сенасе.

— Эй!

— Это не Хранитель! — зашипела на него Мирам. — Это чья-то дочь!

— И что же?

— Ты будь с ней поосторожнее!

Она подчеркнула значение своих слов еще одним рывком и только потом отпустила Хета. Когда он пролез сквозь люк, Илин уже рассказывала Сагаю о доме Раду и о том, что они там обнаружили. Хет сел у самого края крыши, нависавшего над двором. Встреча с Шискан сон Карадон растревожила его мужские чувства самым неприятным образом, и он сейчас обдумывал, куда бы направиться в поисках наилучшей замены Шискан. Были две хорошо знакомые ему сестрички, которые держали продовольственную лавчонку в двух кварталах отсюда и которые как раз сейчас, должно быть, закрывали ее… Нет, лучше уж остаться здесь. Если он уйдет, то будет беспокоиться: не следит ли за ним кто-то или что-то с самого Четвертого яруса? Он соскользнул еще ниже и уперся ногами в рассыпающийся карниз, ощущая себя несчастным до самой глубины души.

Сагай сидел, скрестив ноги, внимательно слушая Илин, и его глиняная трубка тихо посапывала. Когда Илин закончила рассказ, он сказал:

— Эта Шискан и ее приятели могли легко прикончить вас, если они обладают такими же сверхъестественными силами, какие Констанс продемонстрировал в Останце.

— А зачем им беспокоиться? — Хет дернул плечом и взглянул в ту сторону, где лежала граница яруса, даже не пытаясь скрыть горечь в своем голосе. — Мы сами привели их к Раду, то есть прямо туда, куда они хотели. А теперь они здорово опередили нас.

— Мы в этой ошибке не виноваты, — очень тихо возразила Илин.

Сагай успокаивающе улыбнулся ей, но заметил:

— Да, нам необходимо отыскать того ученого, с которым Раду имел дело, и отыскать как можно скорее. И когда найдем следует отнести плитку с крылатой фигурой Риатену так быстро, как если бы от этого зависела наша жизнь, ибо если эти люди нас поймают с той штуковиной, сомнения в том что тогда произойдет, нет никакого.