А еще ему хотелось выяснить, известно ли наследнице, что именно он знает и, в частности, что он догадывается, кто такой ее закутанный советник, и рассказал ли ей призрак, что сам видел Хета и что Хет видел его трижды вернее один раз ощутил его присутствие, а два раза видел. Возле дома несчастного Раду, на территории Академии, в Порта-Майор. Во всяком случае, теперь Хет знает, почему призрак следит за ним: Риатен сообщил наследнице, что Хет будет искать древности. Но Хет прочел несколько важных отрывков из древней книги Риатена, а поэтому происхождение этой твари ему было очевидно.

Возможно, наследница не знает, что ее приятель является Обитателем Запада. Возможно, она никогда не видела его без одежды и чадры, то есть когда он не притворяется человеком.

Но тут Хет припомнил выражение глаз наследницы, когда она смотрела вслед этой твари, — смесь возбуждения и страха, и решил, что она прекрасно знает, кто именно помогает ей.

Хет, хмурясь, рассматривал пышное убранство комнаты. Ему необходимо остаться в живых, чтобы успеть рассказать кому-нибудь об этих делах. Кому он еще не знал, но кто-то же должен узнать, что наследница трона Электора водит компанию с мифическими чудовищами. Как оно сюда проникло — пока тайна, но причину этого появления представить легко: желание открыть Врата Запада и впустить сюда своих сородичей.

Если б он только мог найти Илин! У нее, возможно, и не нашлось бы лучших идей, чем у него самого, но все же то была бы надежда! А кроме того, это стало бы и ее проблемой, а не только его одного.

Портьера на первой двери распахнулась, и в комнату вошла наследница. С ней был человек в одежде императорских ликторов, хотя на ликтора он походил не больше, чем Хет.

Ликторы, как правило, набирались из менее знатных патрицианских семей; у этого же человека бледная кожа выглядела так, будто она вообще никогда не подвергалась действию солнечных лучей, а в его грубых чертах проглядывало что-то, напоминавшее об уроженцах побережья Последнего моря. Он был очень высок — на голову выше наследницы, которую тоже трудно было назвать миниатюрной женщиной, а кроме того, он весь состоял из мускулов — его руки и плечи распирали складки одежды. Голова у гиганта была чисто выбрита, раковины ушей почти срослись с бесформенным бугром затылка и казались объеденными какой-то мерзкой болезнью. Глаза светло-голубые, тусклые и, пожалуй, безумные. При виде этого человека волосы на затылке Хета зашевелились.

Этот страж сделал шаг к Хету, и Хет соскользнул с дивана, упав на колени у ног наследницы.

Она дотронулась до его лица. Ногти длинные, их концы вызолочены, чтобы укрепить и заострить. Хет ненавидел этот обычай. Наследница шепнула:

— А ты очень славное существо. Мне жаль, если я причинила тебе неприятности.

Хет надеялся, что она не ждет от него благодарности за комплимент, тем более что он вряд ли сумел бы выдавить из себя нечто подобное даже ради спасения жизни. Совершенно серьезно он сказал:

— Я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.

— В самом деле? — Она обошла его и села на диван, опираясь на один локоть и чувствуя себя хозяйкой положения. — Что ж, это помогло бы делу. Она похлопала ладонью по краю дивана, приглашая его садиться.

Хет откинулся на подушки, сидя к ней так близко, что мог ощущать тепло ее тела.

— Но не думаю, что мне многое известно.

— Поглядим. — Наследница дотронулась до его волос, будто заинтригованная совершенно новым ощущением, и спросила: — Что рассказывал обо всем этом тебе Сонет Риатен?

Стараясь не производить впечатления человека слишком уж хитроумного, Хет не сводил глаз с ее лица, которое вполне заслуживало подобного отношения, кабы не истинный характер наследницы.

— Он сказал, что убьет меня, если я расскажу кому-нибудь о том, что древности найдены.