|
Такой поступок оттолкнет от тебя очень многих». С самим Клаусом все было несколько иначе. Моника в отличие от Марион имела свои деньги. Причем даже большие, чем Клаус. Несколько лет назад она взяла на себя управление предприятием родителей и стала совершенно независима от Клауса в финансовом вопросе. Однако при разводе Моника потребовала свою долю имущества. Не столько из-за денег, сколько для того, чтобы защитить свою честь и достоинство. Клауса добило тогда то, что дети сочли его полным идиотом. Впрочем, всерьез они не вмешивались в отношения родителей, так как были вполне самостоятельны. Их тридцатипятилетний сын совместно с матерью руководил фирмой, доставшейся Монике по наследству, а дочь, получив третье образование, занялась дизайном одежды, и им было не до родительских распрей.
Все усложнил отец Регины. Он моложе Клауса на два года и до сих пор считает такие отношения самым настоящим инцестом. Клаус пытался переубедить его, приводя в пример собственную дочь и говоря, что такое могло случиться и с отцом Регины. Но Карл-Хайнц лишь укоризненно посмеялся над этими доводами. Впрочем, зла на Клаусаон не держал. Однако каждый раз, когда Регина отправлялась к родителям, Клаус находил предлог, чтобы остаться дома. Приготовив кофе, Клаус накрыл стол в новом зимнем саду, который Регина по своему вкусу обставила мебелью из бамбука и разместила там несколько пальм. Она называла это место в доме «Солнечный остров». Вообще-то Клаус считал, что такое помещение в доме – глупость. Он снова направился в кухню. По существу, заплатить за оборудование кухни и столовой цену хорошего автомобиля – идиотизм. И. это в то время, когда вот-вот должны грянуть перемены, связанные с объединением Европы, когда рынок может заполниться дешевой рабочей силой, а продукция процветающих пока фирм Рёмерсфельда может стать неконкурентоспособной. И как тогда поддерживать все эти Дворцы культуры, теннисные клубы и бассейны? Могут понадобиться деньги, чтобы открыть новое дело или вкладывать их в старые предприятия. И тут эта кухня за 60 тысяч марок. Клаус вздохнул. К сожалению, он не знал, как пойдут дальше его дела. Да, среди первых лиц во всех фирмах у него есть клиенты. Но если они повернут свои дела несколько в иное русло и он потеряет их, что тогда предложить Регине? Клаус открыл холодильник, поставил на поднос тарелки с маслом, джемом, пластиковые коробочки с колбасой и понес все в зимний сад. В дверях он остановился. Утренний свет проникал в помещение, освещал пальмы. Тени от листьев живописно падали на стол. Дом действительно преобразился с приходом Регины, подумал Клаус. И все же такая перестройка была лишней. Вздохнув, он поставил поднос на стол. Да, вот у Понтера нет таких проблем с деньгами. Предпринимательские способности у него в крови. А сейчас эта идиотская идея с разводом. Хотя каждый знает, что переживания, особенно любовные, очень вредят делу. Клаус сел, налил кофе. Как же ему поступить? Отговорить Гюнтера от этой авантюры или наоборот? Если он начнет отговаривать друга, Гюнтер может найти Клаусу замену на посту консультанта по имущественным вопросам. Это сомнительно, но в таком случае Клаус вряд ли найдет иной источник доходов, сравнимый с работой у Гюнтера. Напротив, помогая Гюнтеру, он сохранит свои козыри. Можно закрутить дело так, что сам Гюнтер потеряет в какой-то момент контроль над происходящим. Тогда Клаус окажется незаменим. У него перехватило дыхание. Такая мысль никогда еще не приходила в голову Клаусу. Он сидел неподвижно, восхищаясь своей идеей. Потом по его лицу пробежала усмешка. «Рука руку моет, – подумал он, – и ты, дорогой Гюнтер, скоро поймешь это, а заодно и то, что молоденькие женщины стоят очень дорого». – Добро пожаловать в клуб, – прошептал Клаус, поднимая чашку с кофе.
Гюнтер бродил по дому с раннего утра. Несколько чашек крепкого черного кофе он выпил на ходу, а тревога все не оставляла его. |
