Он успел заметить слезы на ее глазах, потом она повернулась и пошла прочь.

— Летти!

Не обратив на него внимания, она взяла поводья своей лошади и подвела ее к пеньку, с которого намеревалась сесть в седло.

Пропади все пропадом! Грей догнал ее и повернул к себе лицом, желая все объяснить, чтобы она поняла.

— Ты хочешь меня, Летти. Ты не можешь отрицать это. Позволь мне заняться с тобой любовью. Я научу тебя получать такое удовольствие, о котором ты не мечтала.

Она отступила на шаг, будто пытаясь защититься от него.

— Извините, милорд. Я не могу.

Грей приподнял пальцами ее подбородок.

— Ты уверена? — спросил он и нежно поцеловал в губы. — Нам будет хорошо вместе, Летти. Я тебе обещаю.

Она долго смотрела на него, и у него вновь появилась надежда.

Но она покачала головой:

— Я вам сказала, что не могу.

Подавив разочарование, Грей больше ничего не сказал. Он не стал останавливать ее, чтобы заставить согласиться.

Вместо этого, помрачнев еще больше, он посадил ее в седло. Его плоть пульсировала от неутоленного желания. Однако, насколько он понимал, сегодня ему не дождаться исполнения своего желания. Категорический отказ Летти стать его любовницей настоятельно требовал, чтобы он как можно скорее довел до успешного завершения операцию соблазнения. Он поклялся себе, что уговорит ее довериться ему. А когда Летти будет принадлежать ему, она ему больше не откажет.

Грей стиснул зубы. Летти Мосс с ее застенчивостью сидит у него в печенках, и ему от этого не избавиться, пока он не будет обладать ею. А уж когда он выпустит на волю ее страсть, когда удовлетворит свое безумное желание, он освободится от загадочной власти, которую она над ним имеет.

Он искоса взглянул на нее, увидел краем глаза блестящие рыжие волосы, взгляд этот отозвался резкой болью в паху. Он хочет Летти Мосс и будет добиваться своего.

Сегодня была всего лишь артиллерийская подготовка к короткой победоносной военной операции.

Когда Корри и граф въехали во внутренний двор замка, их радостным лаем встретил отчаянно виляющий хвостом Гомер. Грей соскочил с коня и помог спешиться Корри. Она, едва коснувшись ногами земли, отошла в сторону.

Она не была готова ни к неприличному предложению графа, ни к своему безумному желанию согласиться. Что за нелепость! Она не Летти Мосс, обедневшая дальняя родственница, брошенная жена. Она Корали Уитмор, дочь виконта, и она не бросит свою девственность под ноги такому распутнику, как граф Тремейн, каким бы привлекательным он ни был.

Она не забыла мерзкого бабника, о котором писала в своей колонке, и о его связи с леди Девейн. Этот скандально известный негодяй хотел лишь воспользоваться ее телом. Как после того, что она узнала, можно испытывать влечение к нему?

Подойдя к собаке, она взлохматила рукой ее длинную серую шерсть.

— Ты соскучился по мне? — Она почесала его за ушком, стараясь не смотреть на Грея. Гомер гавкнул еще разок, потом побежал поискать кролика или еще что-нибудь интересное, что может встретиться в поле.

— Он вернется, — сказал Дики. — Ему здесь хорошо. Он нашел себе дом. Думаю, что у него раньше никогда не было дома.

— Возможно, ты прав, — сказала Корри и подумала, что, может быть, Грей не хотел заводить семью, потому что у него самого никогда не было настоящего дома.