Ольга, свесившись к открытому боковому окну, прокричала:

— Возможно, нас атакуют с воздуха! Как нам тогда остановиться?

Артем притормозил перед очередным крутым поворотом.

— Колоти по кабине что есть мочи, я сразу же тормозну. Нам все равно придется остановиться перед мостом. Там может быть засада.

Ольга передала все Шевцову. Он кивнул в ответ, и посмотрел на Агнессу.

— Жаль, что я сейчас не в состоянии стрелять даже одной рукой, — сказал он с улыбкой, глядя на ее зардевшееся лицо. — Если тебе придется стрелять, держи автомат крепче и дави вниз. А то он сильно брыкается, и можно запустить всю очередь "в небо.

Агнесса с благодарностью улыбнулась ему в ответ, словно он дал ей невесть какой ценный совет.

Автомат лежал у нес на коленях, она, слегка отвернувшись от Шевцова, принялась вглядываться в небо, позволив ему уже без стеснения рассмотреть ее с ног до головы. «Боже мой, — подумал он с восхищением, — наверняка так выглядели амазонки».

Правда, он слышал о том, что эти воинственные женщины удаляли одну грудь, чтобы не мешала им при стрельбе… И он вдруг представил, как когда-нибудь прикоснется к пышной груди Агнессы, прижмется к ней губами… Он закрыл глаза и почувствовал внезапную уверенность в том, что весь этот кошмар скоро кончится, и кончится счастливо для них.

Но тут Агнесса схватила его за руку и полным отчаяния голосом прокричала:

— Смотрите, он возвращается!

Артем не знал, что происходит в этот момент в кузове, он видел только вертолет, который шел чуть ли не в лоб грузовику.

— Спокойнее, спокойнее, — шептал он себе, выворачивая вправо руль на очередном повороте.

Вертолет прошел над ними на чрезвычайно малой высоте, чуть не чиркнув колесами шасси по кабине. И вслед за этим — Артем не поверил своим ушам и недоуменно переглянулся с Рыжковым — раздался восторженный женский крик, кажется, кричала Агнесса, затем к ней присоединилась Ольга. И следом кто-то с силой забарабанил по крыше кабины кулаком.

Артем резко затормозил и выглянул из кабины.

Ольга, свесившись к нему из кузова, смеялась, не замечая, что по лицу ручьем бегут слезы.

— Артем! Они прошли через горы! Павлик и Дима прошли через горы и вернулись!

Он выскочил из кабины. Вертолет приземлился метров за сто выше их на дороге, и из него вывалился Пашка, помог выбраться Дмитрию, и, поддерживая друг друга, они побежали к грузовику. Агнесса, как ребенок, подпрыгивала в кузове и кричала:

— Я первой узнала Пашу, первой! По рубашке узнала!

Артем почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Он сел прямо в дорожную пыль и с силой хлопнул по ней ладонью. Елки-палки, кажется, они и впрямь выкарабкались!

Глава 40

"Какие все же отличные ребята! — подумал профессор Каширский, наблюдая, как, смеясь и плача, обнимаются и целуются его друзья. — А скольких прекрасных людей уже нет! Зуевы, Сергей…

А Надежда Антоновна, Евгений и Дима ранены… — Он посмотрел на Артема, который, устало улыбаясь, что-то рассказывал журналисту. — Нет, за Артема можно быть спокойным. С ним все образуется! И хотя между ним и Олей вроде как кошка пробежала, это еще не повод переживать за них".

Каширский посмотрел на Ольгу, которая, несомненно, была расстроена этой размолвкой, и ободряюще подмигнул ей. «Ничего, она сильная девочка и найдет способ, как укротить Таранцева. Тем более, что Артему этого и самому хочется». Профессор с радостью подумал, что впереди у них еще годы и годы счастливой жизни, и перевел взгляд на остальных своих товарищей. «А другие? Павел, например. Пижонистый безалаберный мальчишка на глазах превратился в мужчину.