— Нравится? — польщенно улыбнулась девица.

— Просто блеск! Так что это?

— «Ревлон».

— Дорогая, наверное?..

— Не знаю, мне подарили.

— А можно на тюбик взглянуть?

Ирина выдернула из-за себя элегантную сумочку (не из чего-нибудь, а из крокодиловой кожи!) и долго копошилась в ней, прежде чем отыскала косметичку.

Клавдия с нарочитой завистью в глазах внимательно рассмотрела тюбик, протяжно вздохнула и вернула его владелице.

— Мне такое не по карману, но кое-чем похвастаться я тоже могу. — Она протянула Ирине флакончик из-под «Шанели». — Вот, благоверный на день рождения осчастливил. А мне жалко ими душиться… Второй раз открываю за три месяца…

— Так вы просто носите их в сумочке? — удивилась Ирина.

— Ага, — благодушно улыбнулась Дежкина. — Экономика должна быть экономной.

— Прелесть… — Ирина поднесла флакончик к лицу и блаженно полузакрыла глаза (Клавдия от страха зажмурилась). — Милый, купишь мне такие же?

— Этот вопрос мы потом обсудим… — Харитонов тоже принюхался. — Да, приятненький запашок.

У Клавдии отлегло от сердца.

— Вы курите? — спросил Денис Клавдию, вынимая из кармана куртки сигареты.

— Курить — здоровью вредить!.. — она шутливо погрозила ему пальчиком.

— А кто не курит и не пьет, тот здоровеньким умрет, — зычно прогоготал Хорек, выходя в коридор. — Ирка, составь компанию.

Дождавшись, когда попутчики скроются в тамбуре, Дежкина буквально нырнула в купе проводницы.

— Блин, совсем обалдели! — хамским тоном выпалила девчушка, застигнутая врасплох за пересчитыванием денег, полученных от продажи водки пассажирам, но Клавдия Васильевна и не думала на нее обижаться.

— Вот что, милая, — громко зашептала она, — слушай меня внимательно. Я следователь Московской прокуратуры. В твоем вагоне едут опасные вооруженные преступники. Я должна их задержать. И ты поможешь мне.

— Я?.. Вы?.. — проводница ошарашенно выпучила свои раскосые глазенки. — Это шутка?..

— Какие уж тут шутки, милая? — Клавдия сжала в своей руке запястье девчонки. — Беги к бригадиру и свяжись с рязанским отделением линейной милиции.

— Бригадиру… милиции… — Губы проводницы задрожали.

— Не паникуй, трагедии еще не произошло, — успокаивала ее Дежкина. — Но она произойдет обязательно, если ты не возьмешь себя в руки.

— И что сказать?..

— Что ни в коем случае нельзя выпускать преступников на перрон. Пусть вызывают ОМОН. Моя фамилия Дежкина. Запомни, Деж-ки-на. Пусть проверят. Ты поняла меня?

— П-поняла… Уже б-бегу… — заикаясь от испуга, затрясла головой проводница.

— Погоди! — остановила ее Клавдия. — У тебя есть ключ?

— От квартиры?

— От вагона.

— А… да…

— Давай его сюда, да побыстрее…

Оставшиеся до прибытия в Рязань полтора часа прошли в милой беседе на отвлеченные темы. Говорили о музыке, кино, политике, погоде… За это время все съестные припасы были уничтожены без остатка.

Оказалось, что у Харитонова и Журавлевой была припасена тщательно продуманная и тысячу раз обговоренная легенда: они собираются пожениться, любят друг друга до потери памяти и сейчас направляются к Ирине домой знакомиться с родителями.