— И что?

— Потом на лестницу…

— Минутку. В коридоре решетки. На лестницу дверь запирается. Кто вас выпустил?

— Никто. Тут такое творилось, господин следователь! Вертухаи как тараканы бегали. Все нараспашку! На меня даже никто не посмотрел.

— Но как вы нашли дорогу? Тут заблудиться запросто…

— Я ж говорю, господин следователь, вертухаи бежали, а я за ними.

— Подождите. А вот на КПП?

— Ну, тут вообще давка была, как в автобусе. Я взял и вышел. Повезло Зайчишке.

Игорь вздохнул. Никаких чудес — обыкновенное разгильдяйство.

— Ладно, Артур Кивович, расскажите мне, как это все случилось?

— А вам не рассказывали?

— Я бы хотел услышать это от вас. Вы где в это время находились?

— …Под столом.

— Где?

— Под столом. Я, видите ли, сокамернику проиграл в одну игру, вот и вынужден был на час лезть под стол.

— Понятно.

— Это-то меня, знаете ли, и спасло. Правда, видел я мало, но слышал все.

— И что же?

— Ну я слышал, как Осипов подошел к Харитонову и говорит: «Вот тебе подарок от Князя». И сразу хотел отойти, но споткнулся о ножку стола и упал прямо на пол. И сразу произошел этот взрыв.

— От Князя? Он так и сказал?

— Да, именно так.

— А кто это — Князь?

— Этого Осипов не сказал.

— А когда вы выбежали из СИЗО, на улице не заметили ничего необычного?

— Ой, у меня тогда в голове гудело от взрыва, потом вы ведь сами понимаете — побег. Так что не до этого было. Сразу к ближайшей подворотне бросился. Так что…

— Понятно. Скажите, Артур Кивович, как вы думаете, каким образом в камеру могла попасть взрывчатка?

— Да любым. Знаете, этот Осипов ведь с собой радиоприемник принес. Но так ни разу и не включил. Его просили вчера, но он все равно не включил. Наверняка в нем и принес. Простите, господин следователь, а вы не можете мне сказать, долго ли еще продлится расследование по моему делу? А то, знаете ли, у меня с сокамерниками не очень хорошие отношения. И потом, эти… Комары…

— Это зависит от Клавдии Васильевны, как она решит.

— Простите, а вы не могли бы ей передать…

— Не положено. Вы извините, но я ничего не могу передавать.

— На словах.

— Даже на словах. Вот она к вам придет, и вы ей все сами скажете.

— Жаль. Очень жаль. Ну да ладно.

— А вообще-то, как вы думаете, возможно пронести взрывчатку в радиоприемнике, чтобы ее не заметили надзиратели?

— Запросто. Просто в корпус вставляется приемник поменьше, а все остальное — место для взрывчатки. А вообще, надзирателю если заплатишь, он и пушку пронести разрешит. Вот и всех делов.

— Поня-атно. Ну ладно, большое спасибо. Допрос окончен…

И снова:

— Фамилия, имя, отчество?

— Карев Александр Иванович… Щедрин Петр Вадимович… Лобин Гаврила Леонидович… Кущ Илья Ильич…

Результатами допроса Игорь был доволен. Хотя и не узнал больше никаких подробностей. Он, по крайней мере, прояснил для себя ситуацию.

Взрывчатку в камеру пронес Осипов. И пронес, судя по всему, в приемнике. Вполне возможно, что ему помогал кто-то из надзирателей. Но может быть, и нет.

Пронеся взрывчатку, Осипов просто дождался удобного случая, когда Харитонов окажется у стены, и сунул пакет ему за пазуху, вырвав чеку. Наверняка он рассчитывал, что сам сможет нырнуть в пролом после взрыва и убежать, возможно, его даже ждали снаружи.