– И самое главное – закладные английской банковской конторы «Смит и сыновья». Вполне хватит на дом, конечно, на скромный… Что вы смеетесь, дружище? Мало?

– Да нет, не мало. Просто комуто очень сильно повезет! И весьма скоро…

* * *

– Мальме? – Кристина поначалу не поняла, что от нее хотят. – Но что я буду там делать?

– Торговать зеленью! – хмыкнул Бутурлин. – Ну и чемто еще… Купишь дом, лавку… Если хочешь – возьми с собой своих людей.

– Купишь? – девушка вскинула брови. – Но…

– Вот деньги и закладные… Надеюсь, ты знаешь, что такое банк?

– Я же не дура, господин! Так это что же… все мне?!

– Да. И вот это еще… – вытащив половинку талера, Никита Петрович протянул ее девчонке. – Тому, кто покажет такой же…

– Я поняла, господин! И знаю, что должна буду делать…

– Ну и славно! Ступай…

– Хорошо…

Встав, Кристина низко поклонилась и направилась к двери…

– Постой! – Вскочил на ноги и Бутурлин… – Дело опасное! И… храни тебя Бог!

Подойдя, Никита Петрович крепко поцеловал девушку в губы…

* * *

«Глюкштадт» отчалил утром, едва рассвело. Просто тихо ушел, без всяких помпезных проводов и всего такого. Как всегда. Как обычно. Словно бы отправился в очередной свой каперский рейд к лесистым берегам Готланда или к Рижскому заливу.

Мерно шумели волны. Выйдя из гавани, судно повернуло почти точно на север и подняло все паруса. Вскоре по левому борту показались стены крепости Хельсингер – миновали пролив Эресунн, выйдя в Северное море…

Кроме обычного состава команды и головорезов Герхарда Ланца, Никита Петрович нанял еще дюжину матросов, включая юнгу Эрика, и три дюжины солдат, искателей удачи. С матросами проблем не вышло, а вот наемников пришлось поискать – большая европейская война кончилась десять лет назад, много солдат погибло, многие разбежались, время ландскнехтов безвозвратно ушло.

И все же удалось набрать еще около трех дюжин солдат, всего получилось около сотни – целая рота – не считая двадцать семь пушкарей вместе с их бравым щеголем канониром Ульрихом Миллером.

Всех этих головорезов ротный капитан Ланц разделил на четыре плутонга, во главе с капралами, и тренировал их каждый день с утра до ночи! Наемники оттачивали искусство абордажа на полубаке, под насмешливые взгляды матросов, потом, под чутким руководством старшего канонира Миллера, учились еще и артиллерийскому делу и даже – управлению парусами!

Тут уж неистовствовал боцман, старина Йенс! О, этот коротышка обладал поистине неуемной энергией! А уж как ругался!

– Тысяча чертей вам в глотку и в задницу шкот! Я сказал – форбрамсель на рифы! А вы тянете фок! Клянусь дьяволом. Никогда еще не видел таких отпетых тупиц! Сколько раз вам повторять – все верхние паруса на фок и гротмачтах именуются брамселями! Средние – марселя, нижние – как и мачты – фок и грот! На бизани же – крюйсели и косой – бизань! Все, как вы говорите, веревки – такелаж, а все палкикопалки – рангоут! Понятно вам, дьявол вас разрази!

У артиллеристов тоже было забавно…

– Нет, нет, парни – мы не сможем никуда точно попасть! Разве что, стоя у пирса в безветренную погоду и то – с пистолетного выстрела! – спрятав усмешку, деловито пояснял канонир.