- Аня говорила мне, что можно попробовать найти талисман и среди собственных камней, - сказала Шталь извиняющимся тоном, и тетя Тоня вспоминающе приподняла брови.

   - Аня? Не Синдеева? Такая пухленькая...

   - Нет, Левицкая.

   - Боже мой! - женщина прижала ладонь к губам, и ее лицо сразу как-то смялось. - Анечка? Которая разбилась? Но... это ведь было полгода назад почти.

   - Именно поэтому я и ждала так долго, - просто ответила Эша, открыто глядя на нее. - Трудно было решиться. Согласиться сейчас - еще труднее.

   - Тогда откажитесь, если не уверены, если страшно, - немедленно посоветовала "ведьма". - Понимаю, думаете, тут замешан ее талисман? Нет, ну что вы, Эля. Я дала ей янтарные серьги, совершенно безобидные, она хотела избавиться от лени, чтобы нормально заниматься спортом.

   - И что же потребовали эти серьги?

   - Да сущие пустяки! - поспешно сказала тетя Тоня. - Никогда не есть перед сном. Не так уж и трудно выполнить, правда, птичка? Но я видела Анечку за два месяца до аварии, ее серьги уже перестали действовать, и она пыталась получить у меня новый талисман, чтобы снять полноту... Увы, мне пришлось ей отказать, камни всегда чувствуют не сдержавшего обещание. Поэтому, еще раз говорю, подумайте, Эля, подумайте хорошенько. Я вам гарантирую - талисман будет действовать, но не лучше ли добиться того, что хотите, своими силами? Если б вы... тьфу-тьфу, не дай бог, конечно!.. были больны или у вас существовала какая-то серьезная проблема или душевная травма - это другое дело. Но мне кажется, у вас все в полном порядке, просто вы еще очень молоды.

   Да, Антонина Семеновна, продавец из вас плохой. Лжете вы или нет - как узнать? Допросить серьги Левицкой невозможно. Интересно, у той внезапно располневшей студентки есть что-нибудь из янтаря?

   - И все-таки, может вы взглянете на мои украшения? - искательно попросила Эша и вытащила из сумочки небольшой пакет, покосившись на столик. Если хризопраз и был недоволен, то сейчас ничем этого не показывал - камень как камень. Хризолит тоже был безмолвен, поблескивая изумительной солнечной зеленью, и, мысленно пожав плечами, Шталь небрежно вытряхнула на столешницу Сонины кораллы, хрустальную подвеску Буцкой, гранатовые сережки Рыжовой, колечко с аквамарином, ранее принадлежавшим пугливой продавщице, и сердоликовую собачку бедняги водителя.

   Реакция тети Тони оказалась неожиданно бурной. Вытаращив глаза, она резким движением оттолкнула от себя столик, так что тот со скрежетом проехался по полу, и вскочила, глядя на столешницу с таким ужасом, словно Эша вместо украшений вывалила на нее клубок разъяренных мамб.

   - Что?!.. - задыхаясь, она прижала ладонь к пышной груди под джинсовой тканью. - Господи, где... где вы взяли эту мерзость?!

   - Дома, - голос Шталь был самым невинным. - А что такое? Они вам знакомы?

   - Нет... но, - "ведьма" вытянула дрожащую руку в направлении лежавшей отдельно сердоликовой собачки и тотчас же ее отдернула, точно брелок мог вцепиться ей в палец, - эти камни... боже мой! Какой ужас! Особенно они, - рука махнула на гранатовые сережки и опять отдернулась. - Кто мог сотворить такое?!

   - Я вас не понимаю, - произнесла Эша с вежливым удивлением, сыграть которое сейчас ничего не стоило. А тетя Тоня - актриса что надо! Или нет?

   - Уберите их сейчас же! - женщина резко сгребла со стола свои украшения, и Эша едва успела выхватить из-под ее ладони свой хризолит, вновь почти воочию ощутив, что приглянувшийся ей камень на сей раз пребывает в состоянии страшной истерики, словно пугливая женщина, завидевшая в непосредственной близости от своих ног десяток мышей. Она машинально сунула кулон в карман и протянула было руку к принесенным камням, чтобы сложить их обратно в пакет - не дай бог, с тетей Тоней какой припадок случится? - трясет ее не на шутку, только вот от страха ли? Но та тотчас протянула руку, подсекая Эшино запястье.