|
- Ей это только в радость - есть чем себя занять. А ты, Катька, сама хороша! Если связываешься с женатым мужиком, так нужно быть готовой к тому, что с тобой свяжется кобра, на которой он женат.
- Так что ж теперь - не связываться?! - в унисон укоризненно спросили обе официантки.
- Почему же - очень даже! Особенно если он при таких деньгах. Просто не попадаться, - авторитетно заявила посудомойка. - Или закрутить его - как следует и очень быстро, чтоб только тебя одну и слушал! Как говорит моя внучка - за хобот - и в стойло!
Катюша и Люба на мгновение задумались над этим мудрым жизненным девизом, после чего Катюша сморщила лицо и приготовилась было разреветься, но тут противоположная дверь с грохотом распахнулась, впустив немолодого, но еще крепкого мужичка в спортивных штанах и черной майке. В вырезе майки густо курчавились седые волосы, между разъехавшимися в ухмылке губами празднично сияли два золотых зуба, а из-под летней полотняной кепки обильно струился пот. Вместе с мужичком в помещение вошел крепкий утренний перегар и немедленно заполнил собой все доступное пространство.
- Там жарень, а тут и подавно! - мужичок без церемоний плюхнулся на стул. - Что - хозяину-то вашему трудно на кондишку разориться?! В зале-то, поди, поставил! Бутылочки мне приготовили?
- Кто тебя опять пустил?! - злобно вопросила посудомойка.
- Так Вася и пустил, - удивился мужичок. - Чего ж не пустить? Знает же, что тут дочка моя работает, дочура, - он подмигнул Катюше, которая немедленно сморщилась еще больше. - Как же ж отца к дочке не пустить? А ты, Ленка, все фырчишь? Эх, хлопнуть бы тебя по заду, так ведь нету зада-то у тебя, а?
- А вот казан-то щас на морду надену кому-то! - пророкотала посудомойка, но мужичок уже забыл про нее, сосредоточив все свое внимание на Катюше, медленно поднимавшейся из-за посудомоечной машины.
- Что на завтрак-то подашь?
- Папа! - в отчаянье воскликнула официантка. - Папа, ну почему вы не едите дома?! Полный холодильник...
- Я не ем дома, потому что ты не умеешь готовить, - пояснил тот.
- А сам-то?! - буркнула посудомойка, яростно скребя лопаткой по тарелке.
- Мне готовить при живой дочери?! - возмутился мужичок. - Видано ли?!.. Давай, Катюха, побыстрее, накорми старика! - его губы вновь разъехались в ухмылке, сверкнув золотом. - И хорошо бы в зальчике, за столиком, по-человечески...
- Папа, я не могу провести вас в зал! - возопила Катюша. - Папа, меня уволят!
- Оно, конечно, и ни к чему, - тут же пошел на попятный родитель. - Сюда принеси, ладно уж. Конечно, в зал-то такой трудового человека не пустят...
- Это ты-то трудовой?! - фыркнула посудомойка, загружая посуду в машину. - Над чем трудишься-то?! Деньги на водку небось из Катьки тянешь? Лопатой прибивать таких папаш!..
Мужичок необидчиво пожал плечами и, наклонившись к ящику с пустой тарой, вытянул бутылку из-под ликера "Шеридан", понюхал горлышко и закатил глаза.
- Дамская штучка. Сладеньким тянет... а приятно, - он извлек из кармана штанов авоську и отправил в нее бутылку. - Так бутылочек-то я наберу?
- На кой они тебе? Их же не принимают.
- Ну, денег-то на такие отродясь не было, где уж нам... - мужичок забренчал бутылками, - так хоть полюбоваться, в руках подержать...
- Бутылок и так полная квартира, Славке играть негде, - пролепетала Катюша, стараясь не замечать Любу, которая вращала глазами и делала приглашающие жесты в сторону двери. На середине одного такого жеста в проеме возник встрепанный молодой человек злобного вида и с ходу заорал:
- Катерина Степановна! Какого до сих пор. |