|
Догнал, хорошо, что Алена на каблуках, далеко отойти не успела. – Привет, – заново повторяю, смотря в растерянные глаза. Расстроена, обида читается, даже злится слегка, смотреть в глаза отказывается. Неужели ревность? Да, точно ревность! Подавить старается, осознает, что эмоция неуместная, ведь мы поставили точку, каждый из нас может спать с кем и когда угодно, но бороться с чувствами куда сложнее. Она меня все еще любит, как бы ни отрицала, и не была готова застать бывшего мужа с другой женщиной. – Кофе? Здесь отличная кафешка за углом. Соглашайся. Я тебя знаю, с утра ничего не ела. – Сомневается, ищет причину, чтобы сбежать. Не даю шанса, под руку хватаю, направляясь в сторону ярко-красной вывески. – Извини, я только деньги из дома не взял, угостишь?
– Гриша, ты, как обычно, все забываешь, – неловко улыбается, качает головой. Она всегда старалась улыбаться, особенно когда расстраивалась или злилась. Сейчас искренне пытается сделать то же самое, порадоваться за меня, пусть у самой на душе скребут кошки. – Угощу, но только в этот раз. – В следующий раз исправлюсь, – честно обещаю, открывая двери в кафе. Берем две чашки латте, присаживаясь за столик возле окна. Какая она красивая, молоденькая совсем, со студенткой запросто можно перепутать, только морщинки вокруг глаз возраст выдают. Господи! И о чем я только думаю! – Итак, что у нас такого срочного, что заставило тебя добираться через весь город в такую рань? Сосредоточенная сидит, даже не подковырнула, что время за полдень уже. Аленка – ранняя пташка, никогда не упускала возможности пошутить над моей любовью поспать подольше по утрам. Разговор действительно серьезный. – Гриша, мне нужно, чтобы ты подписал бумаги на продажу квартиры, – выдает несмело, к сумке тянется, хочет документы достать. Останавливаю, за руку беру, давая возможность выдохнуть. Недвижимость мы покупали в браке, без моего согласия ни одна сделка не пройдет, но я уже говорил ей, что не стану претендовать на свою половину, почему она так нервничает? – У меня уже есть покупатель. Цена ниже рынка, но это хороший район и дома новые, сумма будет неплохой. Сможешь купить однушку на свою часть. – Это ваша с Егором квартира, мне не нужно ничего, почему ты хочешь продать? Что-то случилось? Тебе нужны деньги? – в лоб задаю вопрос. Я знаю, как Одуванчик относится к нашему семейному гнездышку, она бы никогда не решилась на такой шаг, не будь на то весомой причины. – Я не говорила тебе, не хотела, чтобы ты волновался. Пару месяцев назад я подала документы на участие в экспериментальном лечении, тогда мне пришел отказ, но вчера позвонили и сказали, что приглашают на обследование. Все это еще не точно, но, если анализы будут хорошими, нужны будут деньги. Большая сумма, четыре миллиона. – Четыре миллиона? – выдыхаю, прищуриваясь. Напугала, я уже решил, что случилось что-то серьезное. Приглашение на лечение – отличная новость! Новиков сдержал свое слово, теперь я его должник. – И как ты так быстро нашла покупателя? Сколько предлагают, если не секрет? – Пятнадцать, – глаза опускает. – Помнишь соседей сверху, они давно на нашу квартиру глаз положили. Я понимаю, что это заниженная цена, но, чтобы продать по рыночной, нужно время, а деньги нужны срочно. – На порядок заниженная, – хмыкаю. Она действительно думает, что я из-за денег переживаю? Глупышка. Сам не знаю, зачем продолжаю. Аленка выглядит невероятно милой, когда пытается виновато оправдаться. – Не нужно продавать квартиру. У меня есть средства, чтобы оплатить лечение. – Но, – удивленно открывает рот. Замолкает, информацию пытается осознать. С трудом выходит, растеряна, отвыкла полагаться на кого-то. Но сложно не признать, чертовски возбуждает видеть зависимость от твоих решений в глазах любимой женщины. |
