Рэм вдруг насторожился, встал, отставив чай и к чему-то прислушиваясь.

— Ты чего? — спросил Ченич.

— Скорость, — сказал Рэм. — Раньше она нарастала по разгонной кривой. Я думал, что скоро пойдёт оповещение на разгон перед проколом. Но теперь она падает.

— И что это значит? — спросил Ченич встревоженно.

Вид у Рэма был соответствующий: напряжённый, сосредоточенный.

— Да ничего хорошего, — пояснил парень. — Если бы неисправность одного из двигателей, тогда корт повело бы в бок, а я ничего такого не ощущаю. Неужели разгонный блок чудит?

— Это опасно? — Ченич хотел себе хотя бы чаю налить, но теперь пропало и это желание.

— Это долго, — успокоил парень. — Таким манером мы тут засядем как минимум на сутки тестирования. — Он нахмурился и выругался: — Хэдова бездна! Ну так вообще не бывает!

Корт снова начал набирать скорость.

Настолько резко, что это ощутил теперь даже Ченич.

— Они там пьяные, что ли? — дёрнул плечом Рэм и опять залез на кровать со своим чаем.

— А так бывает, что пьяные? — осторожно спросил юрист.

— Да всё бывает, — отмахнулся Рэм и вывел на браслете график. — Ложись на кровать. Если по такой кривой набирать будем, то через пять минут объявят разгон. Первый прыжок у нас должен быть совсем короткий, двадцать четыре секунды.

— А почему так?

Ченич послушался Рэма. Тот его пока здорово выручал. Он убрал в шкаф еду, зафиксировал чайник и лёг.

Парень же допил чай, прошёлся по каюте, прислушиваясь. Дождался, пока над дверью загорится оповещение о разгоне, и мембрана засветится красным, предупреждая о блокировке.

Только тогда он сел и развернул на полкаюты голограмму пространства с орбитой красноватой звезды.

— Вот почему, — пояснил, показывая на звезду. — Она ренгеновская, слишком большие помехи даёт. Корт не станет рисковать и пойдёт мимо неё двумя прыжками. И между ними будет часа четыре крейсерской скорости. Ты как? — он озабоченно посмотрел на соседа. — Пересидим первый прыжок? А потом дверь разблокируется, и пойдём на охоту. Нужно обследовать каюту, где убили Галку.

Юрист поворочался, укладываясь поудобнее. Сегодня он чувствовал себя гораздо лучше.

— Если я скажу «нет», ты же один пойдёшь? — спросил он Рэма.

— Пойду, конечно.

— Ну тогда я с тобой. Но за это ты будешь развлекать меня во время прыжка.

— Запросто, — кивнул парень. — Только… Бездна! Я же Дерену забыл отзвониться!

— Зачем? — удивился юрист.

— Да Хэд его знает. Он сообщение присылал, чтобы я с ним связался. Но тогда ещё не было широкой связи. А потом я забыл. А сейчас скорость уже слишком большая.

— Запиши сообщение, — посоветовал юрист.

— Оно в архив уйдёт.

— Так само и отправится потом при первой возможности. А то ты снова забудешь, и влетит тебе от твоего старшего.

Рэм согласно кивнул. Так и в самом деле было надёжнее.

— А что ему лучше сказать? — спросил он. — Что у нас тут два трупа, и, похоже, на корте убийца?

— Говори как есть, — кивнул Ченич. — Больше мы пока ничего не знаем.

Рэм открыл файл и записал сообщение.

Скорость росла с каждой минутой, но в этот раз Ченич чувствовал себя несравнимо комфортнее. Особенно, пока говорил с Рэмом.

Иногда парень замолкал, и беспокойство всё-таки подступало к сердцу юриста и сжимало страхом горло.

Рэму болтать не очень хотелось. Он то и дело возвращался глазами к плану корабля, который висел у него над запястьем.

— Может, стихи почитаем? — пошутил Ченич.