Ей неуютно, одиноко, страшно. Все вокруг словно в густой дымке. Она бредет в тумане. Оглядываясь назад, мечтает увидеть отблески былых рассветов. А смотрит назад, потому что уверена: впереди ее ждет лишь непроглядная мгла. Но тогда стоит ли идти вперед? Елена с силой сжала виски руками. Она всегда говорила, что дети для нее – все. Она выстоит ради них. Ради того, чтобы они не страдали. Она ведь была счастлива, уже была. Счастье – миг. И она познала его. Нужно уметь быть благодарной судьбе. Даже за то, что та подарила ей всего лишь миг полета, только показала, как могло быть…

Зачем ворошить прошлое? Ничего не вернуть. Разобраться бы с настоящим. Пришло время серьезного разговора с Иваном. Им нужно обсудить, как вести себя, чтобы не травмировать Филиппа и Арсения. Николай поймет. Он уже взрослый. Младших нужно поберечь. Зачем им знать, что мать надоела их отцу? Разве они смогут понять?

Иван должен выбрать. Дом или забавы на стороне? Она с себя вины не снимает. Но виноваты оба. Столько лет Иван обманывал ее, а она принимала этот обман. Может быть, теперь он жалеет? Если так, то она не готова быть великодушной. Пока не готова, а потом… Загадывать в будущее – занятие пустое. Нужно жить сегодняшним днем. Просто жить. Сейчас ей и это дается с трудом. Ничего. Майка права. Только не киснуть, не превращаться в незаметную серую мышку. Она не опустится до мятых халатов, облезлого маникюра. Она останется женщиной. Сказав себе это, Елена почувствовала облегчение.

«Вот и хорошо». – Елена поставила на стол тарелки с узором из подсолнухов, положила желтые салфетки. Это ее способ поднимать настроение: праздничная сервировка, невзирая на будни, яркие краски. Может быть, сработает лучше натянутой улыбки?

«Я делаю это для всех… И для себя». – Она лгала даже самой себе.

          Даже привыкший к сигаретному дыму, Николай почувствовал, что ему трудно дышать. Хотелось снова оказаться на улице, но отступать было некуда. Он добровольно пошел на это. Ему было необходимо увидеть Анну. Красивые, энергичные, лишенные каких-либо комплексов по поводу того, что прилично, а что нет, девушки – только ради них сходятся здесь жаждущие впечатлений мужики. Выступления девушек начинаются через час после открытия клуба. За это время посетители успевают разогреться коньячком, что, по задумке устроителей заведения, лишь усиливает впечатление от точеных, манящих фигурок.

Сумма, которую Николай заплатил за вход, показалась неоправданно высокой. Он насмешливо хмыкнул, когда ему вежливо объяснили, что здесь все по высшему разряду. Обидно было расставаться с круглой суммой, которую он рассчитывал потратить иначе. К тому же теперь он не был уверен, что сможет себе позволить что-то крепче колы. Анна разоряет его на расстоянии. Что будет, когда она на самом деле начнет перечислять свои «хочу»?

В «Рандеву» Деревского ожидал сюрприз: к его столику, заранее накрытому на двоих, подошла симпатичная официантка с небольшим подносом в руке. На нем фрукты, орешки, сухое печенье, чашки для кофе. Все это очень быстро оказалось на столе.

– Я ничего не заказывал, – стараясь казаться безмятежным, спокойно произнес Николай.

– Это стандартный набор для наших посетителей. Вы можете внести поправку: чай или кофе?

– Кофе, и покрепче. – Николай улыбнулся, быстрым взглядом оценив отличную фигурку девушки. Сколько ей лет? Максимум – двадцать.